Я боюсь, что он причинит ей боль.
— Конечно, он причинит. Он ждал, чтобы трахнуть ее в течение нескольких месяцев, и он сделает это сегодня. Если она не скажет ему, что он ее первый, он возьмет ее, как любую другую женщину.
Лука проделывал плохую работу, пытаясь облегчить мои тревоги. Я очень надеялась, что Джианна передумала и сказала Маттео, что она не сделала того, о чем он и все остальные думали.
— Какой смысл было бежать и губить ее репутацию, если она даже не развлекалась? Доверься своей сестре, она все испортит.
Я задавал себе тот же вопрос. Джианне так хотелось убежать, принять собственные решения, вырваться из оков брака по расчету, но в конце концов она почти ничего не добилась. Возможно, ей следовало с самого начала попытаться примириться со своим браком с Маттео. Я опасалась Маттео, но знала, что он бы сделал все, чтобы завоевать ее. Теперь я уже не был так уверен.
— Если бы я сделала то, что сделала Джианна, что бы сделал ты?
Лицо Луки потемнело, но он был осторожен, чтобы я не увидела всю силу его эмоций, поэтому я знала, что это плохо. Он стянул с моего правого плеча бретельку ночной рубашки.
— Ты этого не делала, — сказал он, целуя меня в плечо. — Я рад, что ты всегда была только моей. Каждый дюйм твоего тела всегда был только моим, и это никогда не изменится.
Я закатила глаза от его собственнических чувств. Это одновременно волновало и раздражало меня. Поскольку он был Капо, следовало ожидать собственничества. Он правил восточным побережьем, сотнями людей, практически владел ими и своей территорией; конечно, он хотел владеть и мной, хотел контролировать меня. Не всегда легко было заставить его видеть во мне равного, полагаться на меня и не ожидать беспрекословного повиновения. Это была борьба, которую я все еще не выиграл полностью, но мы были на хорошем пути.
Что раздражало меня больше, чем его собственничество, так это то, что он не ответил на мой вопрос. Его язык скользнул по моему плечу, затем по ключице. Это мешало мне сосредоточиться, но я была полна решимости не позволить ему снова отвлечь меня.
— Перестань беспокоиться о сестре. Она может постоять за себя. И Маттео знает, как заставить женщину кончить.
Он не воспринимал это всерьез, как и я. Я села, не оставляя Луке выбора, кроме как прекратить его поцелуи, и надеясь, что более высокая точка обзора даст мне преимущество. Лука перекатился на спину, расслабился, и его рука обняла меня за талию. Я знала, что его настроение скоро изменится.