Автор
В зале под тонким светом лампы и теплой мантии, где каждая струйка освещения кажется важной деталью картины, беседует молодая женщина в ярком наряде. В помещении царит непринужденная атмосфера, словно ожидание чего-то важного и значительного. Выбор напитка становится не просто формальностью, а началом нового знакомства под теплым обликом вечности....
Ксения откинулась на подушку.
– Прости, ничегошеньки не понимаю.
– Кто бы мне рассказал, не поверил бы, – протянул Вик. – Ты отрыла бумаги Нечаева, на руки взгляни!
Ксения перевела взгляд на забинтованные ладони и ойкнула.
– Ох и ни фига себе! Чего у меня с руками?
– Ты их о кирпичи поранила, – объяснил юноша.
– Красный кирпич! Красный кирпич! Красный кирпич! – начала повторять Ксюша, ее лицо вытянулось.
– Очнись! – велел Вик и встряхнул Королеву.
Та вздрогнула, потрясла головой и возмутилась:
– Ты чего? Больно же! Ножом меня в бок пырнул?! Офигел?
– Это чайная ложка, – засмеялся парень и продемонстрировал столовый прибор.
– Все равно дурак! – надулась Ксения.
Вик схватил ее за руку.
– Послушай, я не психолог, все время сомневался в твоей честности. Думал, ты ловко всех дурачишь. Но когда увидел, как ты камни ковыряешь! Кровь бежит по пальцам, на лице улыбка… Зрелище было чумовое.
– Я проделывала такое? – обомлела Ксюша.
– Ага, – закивал Вик.
Ксения поднесла забинтованные ладони к лицу и пробормотала:
– Лукьянов! Вау! Красный кирпич…
– Ты что-то вспомнила! – обрадовалась я.
Вик повернулся к моей кровати.
– Тетя из Парижа очнулась. Круто. Тетушка, вы что-то помните?
– Голова болит, – пожаловалась я.
– Вполне объяснимо, вам от всей души по тыкве врезали, – пояснил Вик. – Можете что-нибудь рассказать?
Ксюша села.
– Лукьянов! Он меня обманул. Я дура! Бросилась его спасать.
– Вспомнила!
Это было неправдой, я хотела, чтобы гаденыши Дашу не трогали, решила, что набрешу им лабуду и придумаю, как удрать за помощью.
– Отлично, – обрадовался Игорь, – говори, где архив!
Я пошла к развалинам дома, уводила их подальше от Даши, надеялась, она от того, что лицом в снег упала, очнется, позвонит по телефону, позовет на помощь. Подвела гоблинов к груде камней, прикинулась, что опять память потеряла.
– Где-то здесь… неподалеку… архив…
– Сконцентрируйся! – велел Лукьянов.
