Автор
Глаза щурятся и ноги трепещут — Женщина на пороге дома. Уберите свои кромешные ступни с заднего прохода! Если не вы, то кто? А я говорю: уберите, или будет осложнение! Ну и что, если это не ваши ноги, но они здесь случайно оказались? Наш город требует взаимного внимания. Граждане! Не забывайте об уважительной перекупке — выходя, всегда залатываете проводникам плату....
Нет, можно было бы занять и купить, но… Да куда ей ходить-то в шубе? И вот теперь к приличному человеку и выйти не в чем.
– Да, пора к Борисовой наведаться. Только как-то бы поприличнее выглядеть… – подлил масла в огонь Шишов. – Ладно, надену свою кожаную куртку, я в ней на этого похож… на…
– На одиннадцатого ребенка, – мотнула головой Серафима, – который все за старшими братьями донашивает. Я, кстати, давно тебе хотела сказать: купи ты себе куртку по размеру! А то у тебя в ней рук не видно. И шейка из ворота торчит тонюсенькая, как черешок.
Шишов подергал кадыком и рубанул рукой.
– Все! Сегодня же поеду на китайский рынок и куплю себе новую! Я, Кукуева, люблю критику, принимаю. Видишь – не обижаюсь. И чего в самом деле – не заработал я, что ли? А то Серега-братан куртку мне отдал свою, а я ее никак сносить не могу. Да, куплю. А вот что с тобой делать? Я, представь, весь в обновах буду, и… ты рядом. Нет, надо что-то на тебя тоже приличное… Слушай, а у тебя сестры нет богатой? Ну, или не богатой, но чтоб тряпки красивые имела.
Слушать подобное было обидно. На Лильку, небось, и Федоров горбатится, и сестра ей помогает, и свекровь. Хотя сколько ж помогать можно, скоро сорок пять бабе! И шуба у нее есть, и сапожки…
– Шишов! А Федоровы сегодня работают?
– Ну да, а чего тебе?
– А обедают они… – Серафима что-то посчитала в голове и хлопнула напарника по плечу: – Сеня! Ровно в три заходи, будем брать Борисову штурмом.
– А одежда? – неуверенно протянул Шишов."
"– Ах, Сеня! Не одежда красит человека… В общем-то и она тоже, но… – игриво завиляла плечами Сима, – но некоторые украшают себя умом.
– Некоторые – да, а ты, как всегда, без украшений.
Тратить время на препирательства Серафима не стала, а поскорее выпроводила напарника и поспешила на стоянку автобусов.
Пришлось изрядно подождать, пока Федоров не пригонит свой транспорт на конечную.
Лиля Федорова доставала из сумки красочную бутылочку с какой-то кисло-молочной гадостью для похудения, когда к ней поднялась Серафима.
– О, Кукуева! А мне сегодня мужики сказали, что ты ногу переломала! – радостно булькнула Лилька. – Твой Шишов звонил Кольке и просил за вас отработать, пока ты ногу не вылечишь!
Серафима озадаченно крякнула и присела на обе ноги.
– Не переломала, а вывихнула. Правую.
