В триста пятьдесят лет назад, дочь бросилась в глаза мамой — "Помолчи, Катарина!" — искренний детский крик прервал шум. Мама сбивалась с ног от хлопот, выбегая из дома наскоро одетая, пытаясь укрыть документы в непривычно ловких движениях. Ее мир окутался дымкой древних тайн и загадочных сил....
Ему нестерпимо захотелось подхватить Элеонору на руки и с силой прижать, ощущая ее тепло, биение сердце, срывающее дыхание на своем лице. Вжать в себя, поглотить, и ни с кем и никогда не делить. Это было впервые за его долгую жизнь, — нежелание делить.
Он безусловно ни с кем не делил своих партнерш, но лишь из чувства превосходства, а не из собственного желания. Так должно быть, что принадлежит князю- не может принадлежать кому-либо еще, пока он сам не разрешит.
Убрав капли влаги оставшейся на губах девушки подушечкой большого пальца, склонился к лицу и прошептал:
— Это были самые долгие двадцать семь дней, за всю мою жизнь.
— Двадцать шесть, — несмело поправила, сокращая расстояние, делая навстречу крохотный шажок. Эля тонула, стоило скреститься взглядом с Александром. Неестественная голубизна глаз Высшего, гипнотизировала и затягивала, погружая в истому предвкушения.
Страх перед неизвестным, сомнения в правильности поступка, — все ушло на второй план и сердце заполнилось упоением от долгожданной встречи.
Как же были глупы раздумья. Нельзя сбежать от судьбы, — мысль вызвала легкую улыбку.
— Что тебя развеселило? — не разрушая атмосферу, Темный продолжал шептать, щекоча своим дыханием.
— Я сама. Мои страхи, — привстав на носочки, коснулась щекой лица Александра, оглаживая и впитывая мелкие электрические разряды, — невероятные ощущения, ни с чем не сравнимые ранее.
Прикосновение бархатистой кожи, случайные касания ее губ к лицу и шее, сводили Тёмного с ума.
— В следующий раз, я хочу представить тебе улей, — эти слова, Эля не готова была услышать.
Любые другие, но не эти. Что его не устраивает воля богов, и он против разделить с ней остаток жизни… Даже то, что он желает ее и не готов больше ждать Но предстать перед сотнями вампиров, как избранница князя, его ""сердце""… встречая ненавидящие взгляды множества его любовниц, в чем не было никаких сомнений, или же слышать презрительные пофыркивания в сторону простой человечки, — об этом Эля фантазировала в последнюю очередь.
