В триста пятьдесят лет назад, дочь бросилась в глаза мамой — "Помолчи, Катарина!" — искренний детский крик прервал шум. Мама сбивалась с ног от хлопот, выбегая из дома наскоро одетая, пытаясь укрыть документы в непривычно ловких движениях. Ее мир окутался дымкой древних тайн и загадочных сил....
Девушка поджала губки, прикрыв неприлично открывшийся ротик от удивления, и позволила себя увлечь по лестнице на второй этаж. Высший остановился у одной из множества дверей, и она, словно по волшебству, распахнулась, приглашая войти внутрь.
Никакого волшебства, как и ожидалось не было. За дверью не привлекая к себе внимания, стоял молодой мужчина в форме, готовый в любой момент сорваться и исполнить просьбу гостей.
Круглый стол и два удобных кресла у перил балкона, с которых открывался вид на полукруглую сцену, составляли меблировку лоджии.
"Под приветствия конферансье со сцены, гости вальяжно, не торопясь, занимали места за таким же небольшими столиками, рассчитанными на двоих.
— Добрый день, дамы и господа, — мужчина в сверкающем смокинге произнес с придыханиям, остановив свой взгляд на рыжеволосой женщине в первом ряду. — Рад приветствовать вас в нашем скромном заведении! Те, кто сегодня впервые, запомнят нас навсегда, — с этими словами, Эля оторвалась от конферансье и взглянула на Александра.
— Тебе нужно быть осторожнее, — не размыкая рук, посадил девушку к себе на колени. — Так безопаснее.
Если девушка, что и хотела сказать против, то забыла в тот момент, когда конферансье повернулся спиной к посетителям, демонстрируя обнаженные ягодицы.
— Ой, он же голый, — Эля подпрыгнула на коленях темного и прыснула смехом. Мужчина на сцене задорно поиграл ""булками"". То одной, то второй, вызывая смех в зале и одобрительные улюлюканья.
— Голым его трудно назвать.
За спиной раздалось тихое фырканье. Темный сделал жест рукой, отсылая официанта.
Довольно посмеиваясь, за сорок минут Александр ни разу не взглянул на сцену, даря все свое внимание только Элеоноре.
Девушка с детским восторгом смотрела представление с дрессированными собачками, уже не обращая внимание на полуголого высокого парня, отдававшего приказы смешным белым пуделям.
