В триста пятьдесят лет назад, дочь бросилась в глаза мамой — "Помолчи, Катарина!" — искренний детский крик прервал шум. Мама сбивалась с ног от хлопот, выбегая из дома наскоро одетая, пытаясь укрыть документы в непривычно ловких движениях. Ее мир окутался дымкой древних тайн и загадочных сил....
Краем глаза следила за тем, как несколько вампиров засуетились: поспешили предупредить своего князя. В приемной зале стояла гробовая тишина, естественная для мертвых. Вела не акцентировала внимание на фигурах замерших в креслах и на диванах.
Она не собирается искать и занимать пустующее место в ожидании.
Твердой походкой обошла вампира, открывшего перед ней массивные двери кабинета, поблагодарив кивков, вошла внутрь.
Широкая улыбка Александра, заставила чуть ли не скрипеть зубами. Его самодовольный вид, вальяжная, расслабленная поза, все раздражало, приводило в бешенство.
— Какое совпадение. Я думал о тебе, — красивые губы, сложились в ухмылку. — Как раз хотел нанести визит вежливости.
— Как видишь, я тебя опередила, — волчица внутри женщины рычала, требуя вцепиться в горло вампиру."
"— Ну, раз ты пришла первой, говори. Я слушаю. А после и я поделюсь, — князь обманчиво расслабленно полулежал на диване. Все нутро Темного скручивало в присутствии волчицы. Желтоватый отблеск в глазах, лишь подтверждал, что ее зверь на пределе и в любой момент может взять верх.
— Разговор о моей дочери.
— Как забавно, и я хотел поговорить именно о ней. Об Элеоноре, — имя из уст Тёмного звучало вызывающе, будто он имеет на нее право.
— Не смей к ней даже приближаться! — голос сел. С рычанием, Вела выплевывала, каждое слово по слогам. — Моя девочка не будет иметь ничего общего…
— С кем? Убийцей, — загибал пальцы, — кровососом, живым трупом, клыкастой тварью… я ничего не пропустил? Уж лучше отдать дочь выбранному тобой оборотню?
— Ты слишком хорошо осведомлен, — внимательный прищур глаз остекленел, Вела в голове перебирала имена всех, кто мог открыть князю планы об Олеге.
— Не стану отрицать. Информация, буквально, из первых уст, — легкий механический смех не затронувший глаз вампира, окончательно лишил самообладания.
— Я повторю еще раз, лишь в благодарность за помощь.
-Увы, — лицо выражало скорбь, а тон насмешку. Не мог отказать себе в удовольствии, поизмываться над волчицей. А сколько удовольствия принесет разговор с главой клана…
— Тебе мало других? — указала ладонью на дверь.
— Другие меня не интересует. Только твоя дочь, — еще слово и волчица точно сорвется с места.
Тело подрагивало.
