В триста пятьдесят лет назад, дочь бросилась в глаза мамой — "Помолчи, Катарина!" — искренний детский крик прервал шум. Мама сбивалась с ног от хлопот, выбегая из дома наскоро одетая, пытаясь укрыть документы в непривычно ловких движениях. Ее мир окутался дымкой древних тайн и загадочных сил....
— Я не понимаю, вы мне дарите людей? Живых людей? — получив согласие, продолжила: — А зачем?
— Ну как же. Для Вашего удовольствия, — брови Эли взметнулись вверх. — В дальнейшем, они послужат Вам… пищей.
— Пищей? — переспросила, уточняя.
— Все верно, — улыбка дарителя с каждым новым вопросом гасла.
Не вмешиваясь, Александр наблюдал за диалогом. Предоставлял возможность отказать самой, проявить твёрдость. Показать свой стержень, продемонстрировать характер и принципы.
— Благодарю, но я не приму, — фраза звучала твердо.
— Ты слышал, Данаг. Княгиня не примет дар. Он ей не нравится.
Не нравится- это ужасно! Живые люди, словно скот, — Эля сохраняла видимое спокойствие, клокоча от негодования.
В ответ ни капли недовольства. Поклон вампира и скорые обещания исправить оплошность.
Последним вошел Константин. Закрыл за собой двери. Поздоровался и протянул Элеоноре бутылку воды.
— Самый ценный дар за пару часов, — Эля примирительно улыбнулась и жадно припала к горлышку.
— Тебе следует проявлять больше заботы, мой князь, — произнес с укором.
Глава 34
Улыбка с лица Катарины сошла в тот момент, когда князь и его избранница, в сопровождении трех оборотней, следящих за каждым движением присутствующих, скрылись из виду.
Не могла поверить, слух- оказался правдой. Александр сделал свой выбор, и этим выбором оказалась не она
Вампирша все еще с усилием сжимала кулаки, сдерживая себя.
— Точно человек! — кто-то утвердительно шепнул. — Совсем молоденькая.
— Повезло, — тихие вздохи слышались отовсюду.
— А кто ее сопровождал?
Трое мужчин и двое женщин шептались, поглядывая наверх, в надежде, мельком увидеть хозяйку улья.
— Не знаю.
— Волки, — произнесла Катарина и с превосходством осмотрела каждого из шептавшихся. — Новая подружка князя из семьи оборотней. Человек, — фыркнула, скривив презрительно губы.
— Человек, не человек. А князь выбрал ее, — услышала фразу сказанную с насмешкой.
— Это не надолго! — слова вырвались, громче чем следовало, выдавая раздражение Катарины. — Она ему быстро надоест, как и предыдущие.
— Что-то предыдущих, князь не представлял и не называл своей княгиней.
