Неожиданное свидание вслепую между Ритой и Зиночкой разворачивается в атмосфере напряженных инстинктов. Неприятности и странные чувства заставляют их исследовать запретную близость, открывая новые, необъяснимые желания. Возникает конфликт между страхом и первобытным влечением.
Заодно и посмотрим очередной раз, как это у нее получается!
Все одобрили столь гениальное по простоте предложение и перевели взгляды на Ритулю, скромненько потупившую очи…
Ну, как можно скорее – это как можно скорее, желательно прямо сейчас! И почему не этим же вечером?!
Общий сбор происходил около семи, а домой Алексей приходил не раньше девяти.
Мишку – в коляску, с пирогом в запасе, испеченным по случаю объявленного девчонками общего собрания бабушкой Симой, и по легкому морозцу – пешочком да с удовольствием! Переместились всем скопом из-за одного кухонного стола за другой.
– Добрый вечер! – прокричал с порога Алексей, сообщая домашним о своем приходе.
Все вывалились всей компанией в прихожую, «встречать». Пока он снимал верхнюю одежду и разувался, Ритуля вышла вперед.
Многоопытная родня отошла подальше.
– Здравствуйте, Алексей! – улыбалась «на миллион» Ритуля. – Наконец-то мы с вами поближе познакомимся! А у нас, знаете, дома тараканов травят, так мы все к вам на недельку! – «обрадовала» главная специалистка по «морению» тараканов.
И протянула руку для дружеского рукопожатия.
Просто протянула руку, а он воспитанно протянул свою…
И Алексея увезли на «Скорой»!
Ритулька случайно – а она ничего и никогда не делала специально, – протягивая руку, зацепилась за карман дубленки, висевшей на вешалке. В связи с большой вновь прибывшей компанией, одежда на вешалке громоздилась горой, а шапки и шарфы лавиноопасно скопились наверху, на полке.
Ритуля выдернула руку из кармана, дубленка свалилась с крючка на пол, Алексей наклонился поднять. Одновременно с его движением Ритка вторично протянула руку для приветствия. Он наклонялся, она протягивала ладонь – и попала ему пальцем прямо в глаз!
Есть предположения, что она сказала?
– А-а-а! – взвыл Алексей.
Он зажмурился от боли, зажал глаз пальцами одной руки, а второй, не глядя, нашаривая опору, чтобы распрямиться, на свою беду ухватился за Риткино же пальто и начал выпрямляться…
Вешалка накренилась…
– Осторожно! – в едином, совершенно искреннем порыве закричали все, кроме дедушки Левы.
– Ой! – пропела свое любимое Ритка.
Алексей, не видевший надвигающейся опасности, не понял, о чем его предупреждают, и дернул еще сильнее. Вешалка, подумав пару секунд, таки оторвалась от стены и со всей массой навешанного шмотья рухнула, погребя под собой Зинулиного муженька.
– А-а-а! – приглушенно донеслось из-под завала.
– Ой, – сказала Зинуля саркастически, тоном конферансье, объявляющего конец представления.
