В столичном пруду обнаружено тело молодой женщины. Вскоре находят вторую жертву с признаками насилия. Сыщики МУРа Гуров и Крячко берутся за дело, убежденные, что перед ними работает один убийца. Расследование становится напряженной охотой за маньяком, скрывающимся в городе.
– А вот от кофе не откажусь, пожалуй.
– Латте, мокачино?
– Черный.
– Со сливками?
– Черный.
– Сахар нужен?
– Нет, спасибо, просто черный кофе.
– Момент.
Стасик ушел на кухню запускать машину для приготовления кофе. Он стелился ужом перед Крячко, очень надеясь завоевать его расположение и получить предложение от Канацкого.
Тем временем Крячко последовал в гостиную. Квартира у Ярко была достаточно красивая и просторная. Судя по обстановке, в жизни Стасика чередовались периоды взлетов и падений. На стенах висели несколько неплохих картин, часть мебели была новой, часть – годов этак восьмидесятых прошлого века. Рядом с современным компьютером стояло совсем старое кресло, драная обивка которого была прикрыта цветастой подушкой. Да и роскошный халат Стасика был уже явно не новым, видавшим виды, и его пора было заменить.
В гостиной Крячко увидел парня, внешне не вписывающегося в свиту Стасика. Перед ним сидел накачанный молодой человек в борцовке, обнажавшей налитые плечи. Волос на его голове почти не было. На шее на золотой цепочке покачивался небольшой якорек.
– Добрый день, – поздоровался сыщик.
– Ага, здорово, – лениво ответил парень, уткнувшись в ноутбук и играя в какую-то игру.
Через мгновение в комнате оказался Стасик с подносом, на котором стояли две чашки, одну из которых он протянул Крячко.
– Прошу вас!
– Благодарю, – проявил манеры Станислав и, оттопырив мизинец, взял чашку.
– Ну, я очень рад, что сам Канацкий решил-таки продолжить сотрудничество со мной, – сев в кресло и заложив длинную ногу на другую, сказал Ярко. – У вас есть ко мне вопросы, уважаемый? Ах да, как мне к вам обращаться?
– Станислав.
– О! – всплеснул руками Ярко. – Тезка! Всегда приятно. Знаете, мне очень нравится мое имя. Я благодарен папе с мамой, что они назвали меня именно так. Увы, родителей моих уже нет на этом свете… – Он изобразил меланхолическую скорбь, потом спросил обычным голосом: – Так что, Станислав, у вас есть ко мне вопросы?
Поскольку Крячко не хотел сразу огорошивать Стасика, в один миг лишая его работы и дальнейших вероятных перспектив, он не стал раскрывать свою личность и цель визита с первых минут, а, отхлебнув очень вкусного горячего кофе, сказал:
– Да, конечно. Вы знаете Вику Кареву?
Лицо Стасика выразило недоумение.
– М-м-м… Вику? Да, знаю, но почему…
– А что вас с ней связывает? – перебил Крячко.
– Да, знаете, вероятнее всего, ничего. А почему вы спрашиваете? Я имел в виду – вопросы творческого характера. Ну, и…. коммерческого.
