В черных ночах она шла одна по бесконечной пустыне, где каждое движение — тихий признак жизни на скрывающейся долине. Среди серого уныния и неведомой страсти, ощущая холод неба на лице, как будто не было места для радости. Ее шаги — последняя волна смертельной тишины, которую она пыталась пересечь, пока мир вокруг оставался бездонным черном.
Дверь корпуса распахнулась, и из него вышла высокая женщина, внешне являвшая полную противоположность этим двоим: на ней была модная одежда, солнцезащитные очки, босоножки с разноцветными перепонками.
Та, что постарше, сразу же бросилась к ней и заговорила:
– Вы передумали? Это замечательно!
– Я ничего не передумала! – сквозь зубы процедила та, ускоряя шаг.
– Но как же вы можете! Подумайте, ведь это убийство! – Женщина в платке ухватила вышедшую за рукав и горячо заговорила: – Вы впоследствии сами будете жалеть о таком поступке! Поверьте, практически каждая, кто совершит такой грех, раскаивается в содеянном! Вот, возьмите, почитайте эту книгу, здесь все очень хорошо описано!
Женщина в очках брезгливо стряхнула чужую руку с плеча и оттолкнула протягиваемую ей самиздатовскую книжку.
– Если вы боитесь трудностей, мы можем помочь, – тихо проговорила стоявшая в сторонке девушка.
Женщина проигнорировала ее слова. Она стремительной походкой пошла к воротам. Там на ходу щелкнула пультом сигнализации, села в серебристый «Ниссан» и быстро стартанула с места.
Девушка же, увидев вдруг Гурова, секунду подумала, потом решительно шагнула ему навстречу с прямым вопросом:
– Вы чей-то муж?
– Чей-то – несомненно, – ответил Лев. – А почему вас это интересует?
– Если ваша жена лежит здесь, вы можете уговорить ее не совершать такого поступка! Одумайтесь!
– Вы, я так понимаю, выступаете против абортов?
– Конечно! Ведь это тяжкий грех! Вам самим потом будет трудно с этим жить! По статистике, каждый второй брак, в котором произошло такое убийство, распадается! – убежденно проговорила девушка. – Только представьте – это же ваш ребенок!
– Не знаю, обрадую я вас или нет, но детей у меня нет и, думаю, уже не появится, – сказал Гуров. – Но моя жена здесь не наблюдается и аборт делать не собирается. Надеюсь, хоть это вас немного успокоит.
Он прошел мимо женщин в корпус и прямиком направился к окошку регистратуры.
– Добрый день, у кого я могу проконсультироваться по поводу вашей пациентки?
– А почему, собственно, вам должны давать консультацию? – поджала губы регистраторша. – Вы муж?
– Если вы о том, женат ли я, отвечаю – о да! – улыбнулся Гуров, второй раз за пару минут услышав один и тот же вопрос. – Но пациентка, которая меня интересует, не моя жена.
– Тогда почему вы ею интересуетесь? – Женщина оторвалась от бумаг, которые заполняла, скользнула взглядом по Гурову и усмехнулась, покачав головой.
– Понятно, – бросила она, снова склоняясь к записям.
