Таисия наслаждалась моментом, наблюдая за беспилотным летательным аппаратом подниматься к небу. Она задавала себе вопросы о своем предстоящем полете и как это повлияет на ее карьеру и жизнь. Воздух свежий и морозный, наполняя легким чувством опасности и приключений.
Но, черт возьми, куда она делась?
А потом он услышал совсем рядом с собой звук, больше похожий не то на сдерживаемый всхлип, не то на икание.
Повернув голову, Дарен увидел, что она, съежившись, сидит на полу уже заснеженной веранды.
* * *Тая замерзала. Скорее всего, это было даже связано не с погодными условиями. Просто сдали нервы.
Когда она кое-как поднялась на ноги, земля поплыла перед глазами. Пришлось остановиться и отдышаться.
Она оказалась в безвыходной ситуации.
Как и некоторое время назад…
Горечь захлестнула девушку.
А её… Её тоже покатилась под откос. Заслуженно.
И всё же умирать не хотелось. Ни тогда, ни сейчас. Инстинкт, что не дремлет никогда, что заставляет бороться и двигаться вперед, и на этот раз сработал безошибочно.
Стучаться Таисия не стала. Если её захотят впустить — дверь откроется.
Все мысли в голове проносились автоматически, словно и не ей принадлежали.
Она взошла по ступеням и, пройдя к стене веранды, прислонилась к ней, а потом и съехала на пол.
Прилетела, называется.
Больше она не успела ничего ни сделать, ни подумать, потому что, не веря своим глазам, она увидела, что дверь всё же открывается, и на крыльцо выходит ОН.
Он мгновенно определил, где она находится. Потому что повернулся в её сторону и всверлил в неё взгляд, полный ненависти и презрения.
— Кистан, — простонала Тая, зажимая рот рукой.
Его имя сорвалось с губ нечаянно.
— Меня зовут Дарен.
Он не говорил — хлестал. Электрической плетью, чтобы больнее, до мяса.
Таисия медленно кивнула.
Когда она летела на Богами забытый Дизоль, то спокойно произносила имя мужчины, что должен был обеспечить её убежище. Да и вообще, какая разница, кого и как зовут. Имя и есть имя. Но сейчас, увидев, с кем ей придется жить под одной крышей определенное количество времени, имя Дарен ей даже мысленно давалось с трудом.
