Автор
Я – свидетель. Проникшись этим осознанием, я чувствую легкость в душе. Вместе со мной окружение расширяется: мы несем за собой отражение своего мира. Моя семья и бабушка Кира тесно связаны с моими заботами и страхами, создавая атмосферу напряженности и неопределенности....
Стояла на крыльце, что называется, пыльным мешком стукнутая. Пока в моем кармане не запел телефон. Звонила Анжела. Первым порывом было – не отзываться. Но звонки не прекращались, и я решила все же послушать, что она скажет.
– Свет, ты еще не ушла? Ты не подумай… Короче, поднимись на минутку, если не ушла."
"В первую секунду я точно была уверена, что подниматься не стану. Но что-то в голосе коллеги насторожило, и я все же решила перешагнуть через обиду.
Открыла Анжела, пропустила меня в просторную прихожую. Я сразу оценила размеры и удобство этого жилья.
– У тебя уютно, – заметила я.
– Свет, что-то случилось? – поинтересовалась Анжела, не приглашая меня пройти дальше. Я все еще ждала, что она объяснит мне свое странное поведение. Ну хоть как-то оправдается. Я подумала, может, у нее гости? Но похоже, она была в квартире одна.
– Мои родители решили взять опекунство над Кариной Грошевой, – сообщила я.
– А-а… – протянула Анжела.
Мне показалось, что она не услышала меня. Вдруг до меня дошло – она нервничает.
– Свет, давай, ты завтра ко мне на большой перемене придешь, и мы все обсудим, – не глядя на меня, быстро заговорила Анжела. – Мне сейчас и в самом деле некогда. Ты только не обижайся.
Я только открыла рот, чтобы ответить, как в дверь позвонили и Анжела метнулась открывать.
Дверь распахнулась, Анжелу буквально втолкнул в квартиру мужчина лет пятидесяти пяти. Может, чуть старше.
– Слушай, ты… – не обратив на меня никакого внимания, прошипел он в лицо Анжеле. – Если еще раз заговоришь с моим сыном о деньгах, ты его больше вообще не увидишь! Поняла?
– Сергей Петрович, успокойтесь, – попробовала обороняться Анжела.
Но мужчина был разъярен.
– Денег захотела? – задыхаясь, продолжал он. – Скажи спасибо, что в квартире тебе остаться позволили! Начнешь рыпаться – в однокомнатную хрущобу пойдешь!
– Я ничего не говорила! – оправдывалась Анжела.
– Я все сказал, – выравнивая дыхание, подвел черту Сергей Петрович. – Наш сын признан недееспособным. Я – его опекун. А ты кто? Ты – мать его ребенка. Вот и занимайся своим делом. А в мои дела не лезь.
Я уже догадалась, что это и есть знаменитый свекор.
Большими шагами он переместился на кухню.
