Автор
Я – свидетель. Проникшись этим осознанием, я чувствую легкость в душе. Вместе со мной окружение расширяется: мы несем за собой отражение своего мира. Моя семья и бабушка Кира тесно связаны с моими заботами и страхами, создавая атмосферу напряженности и неопределенности....
На кухне Рома Горин разговаривал по телефону. Такой разговор Игорь называет «сюси-пуси».
– И я тоже, – приглушенно ворковал Рома. – Ну а я-то… Ну, не обещаю. Сейчас? Какая ты… Ну-ну. Ну попробую…
Я включила самовар, и тот с ходу начал свою песню.
Рома оглянулся и увидел меня. На его лице сохранялось все то же блаженно-пьяное выражение, с которым он разговаривал по телефону.
– Светик, – кивнул он, – не надумала бросить свою школу и устроиться ко мне в магазин? Я расширяться буду.
Я пожала плечами:
– Игорь говорит, нельзя работать у друзей: или дружить, или работать.
– И это правильно! – улыбнулся Рома. Глаза его были полны масла. Я не видела его любовницу, но Ксюшка говорит, что она ровесница Ники. – Но и нельзя жить так, как вы живете, – с мягкой улыбкой возразил он.
Я почему-то не ушла, когда он начал развивать эту тему. Вот Игорь умеет как-то сразу обрывать тех, кто учит жизни, а мне воспитание не позволяет.
– Пусть тогда муж зарабатывает, котенок. Толкай его. Я ему тысячу раз предлагал экспедитором ко мне.
– Значит, мы – динозавры.
Рома снова посмотрел на меня маслеными глазами. Он наверняка обдумывал, как улизнуть отсюда, под каким предлогом.
– Светка, если надумаешь, обращайся без вопросов. Мои продавщицы зарабатывают как минимум в два раза больше, чем учителя.
– Какой я продавец? – пожала я плечами. – Я – училка.
– Да отличный получится продавец! Во-первых, у тебя язык подвешен, укалякаешь любого.
– Спасибо, Рома, я подумаю.
– Ну, думай, думай. Время терпит. Игорю привет.
Рома вернулся в гостиную, и я слышала, как он прощается, ссылаясь на срочные дела.
– От нашей семьи остается представитель в лице Эллочки.
Он обволакивал всех взглядом, полным любви. Я заметила – пьяный человек или всех любит, или всех ненавидит. Одно из двух. Без середины.
Когда Рома ушел, неприятный привкус разговора с ним догнал меня, и я начала злиться на своего мужа.
Мы одни живем в Простоквашке, в хрущобе, которая нам досталась от Игоревой бабушки. Всегда тянем от зарплаты до зарплаты. Сначала платили кредит за компьютер, затем – за мягкую мебель.
