Юля была счастлива в новой лодке мужа — совершенстве во всем. Однако если взглянуть внимательнее, крохотные бlemishes ее избраннику казались даже прелестями. Свинья на апельсинах — так могла бы выглядеть эта история, ожидая своего момента в мире любви и недостатков.
Летчик оттащил от Антона сначала Маришу, поручив ее заботам африканок, которые крепко вцепились в нее. Затем Смайл отодрал от Антона Кэт, а потом уже и Юльку. Последним от Антона удалось отцепить Грея, который не сдавался до последнего и вырвал-таки из шортов Антона порядочный клок. Антон выпутал свою ногу из веревочной петли и бросился бежать, придерживая спадающие на бегу шорты.
— Куда?! — взревела Мариша. — Смайл, держи его! Он же удерет! Ты что, навечно хочешь поселиться у короля во дворце?
Услышав про дворец, Смайл ретиво припустил следом за Антоном.
— Смайл! — надрывалась Мариша. — Не убей его! Он нам живым нужен!
При этих словах Антон издал жалобный стон, поняв, что в руки врагам ему предстоит попасть живым. Но сопротивляться перестал, покорившись своей судьбе и превосходящей силе противника.
Смайл торжественно поднял Антона с земли и поволок свой трофей обратно за хижину. Туда же поспешили все африканские и прочие жены и любовницы Антона. Африканки перепуганно верещали, а Юля, Кэт и Мариша хранили грозное молчание, одновременно пытаясь отдышаться. Наконец им это удалось, и Юля произнесла, обращаясь к мужу:
— Ну что, скажешь ты нам правду? Или попросить нашего друга еще пару раз съездить тебе по челюсти?
— Не надо! — испугался Антон.
— Никакое я тебе не золотко! — гневно прошипела Юлька. — Хватит с тебя и твоих шоколадок. Кстати, на какие средства ты их содержишь? И как относятся туристы к тому, что среди африканской деревни живет толстый наглый немец?
— Туристы меня не видят, — ответил Антон.
— Ну, еще бы! — ехидно сказала Мариша. — Такой сюрприз!
— А король знает, что ты тут проживаешь? — спросила у мужа Юлька.
— Юленька, я не проживаю, я прячусь! — заныл Антон. — Поверь мне, только исключительные обстоятельства вынудили меня…
— Слышали уже! — перебила его Юля. — Устроился тут, как свинья в апельсинах. И доволен до чертиков.
