Юля была счастлива в новой лодке мужа — совершенстве во всем. Однако если взглянуть внимательнее, крохотные бlemishes ее избраннику казались даже прелестями. Свинья на апельсинах — так могла бы выглядеть эта история, ожидая своего момента в мире любви и недостатков.
— А что хотела от вас полиция? — наконец догадалась спросить у соседки Юля."
"— Дорогая, они же все время спрашивали о вашем муже! — ответила дама. — Так что я без труда поняла, что с ним что-то случилось. А так как полицейские интересовались, не видела ли я, как в понедельник около шести часов вечера господин Антон куда-то шел или с кем-то разговаривал, то я поневоле задумалась. И, задав пару наводящих вопросов господам полицейским, поняла, что ваш муж, Юлия, пропал! И в полиции думают, что его похитили.
— Мы и сами так думаем, — сказала Мариша. Госпожа Эльза кинула на нее внимательный взгляд и кивнула.
— Я все понимаю, — сказала она. — Понимаю и удаляюсь. Она и в самом деле начала поворачиваться, чтобы уйти.
— Извините! — остановила ее Юля. — А полиции удалось что-нибудь узнать? Кто-то из соседей видел Антона?
— Вашего мужа видели, когда он быстрым шагом удалялся по нашей улице в сторону центра города, — сказала госпожа Эльза. — Но после того, как он скрылся за углом, его никто из жильцов нашего дома больше не видел.
После этого едкого замечания госпожа Эльза окончательно повернулась и ушла к себе. Ее ждали вечерняя порция коньяка и очередной любовник, которые сменялись у любвеобильной дамы с головокружительной быстротой. Во всяком случае Юля успела за то короткое время, которое она прожила с Антоном в Берлине, насчитать не меньше пяти экземпляров.
После ухода госпожи Эльзы подруги продолжили свое занятие. Они обшарили карманы всех брюк Антона, его пиджаки и куртки. В результате они разбогатели на целую горсть мелочи и несколько квитанций из мастерской за смену масла в машине Антона. Нашли также счета из химчистки, счета от дантиста. И счет от врача-ортопеда. У Антона временами болели ноги, и он полагал, что дело в развивающемся плоскостопии, врач же считал, что виновата начальная стадия артроза.
Вздохнув, они принялись за ящики письменного стола Антона.
