Эндрю привалился к багажнику арендованной машины и вытащил из кармана пачку сигарет. Прикурил сразу две и одну предложил Нилу в обмен на телефон. Ладонью прикрыв огонек от ветра, Нил наблюдал за выражением лица Эндрю, пока тот рассовывал мобильник и сигаретную пачку по карманам. Казалось, известие Миньярда нисколько не расстроило.
– Ты собираешься поменять машину, – догадался Нил. – Если страховка не покроет стоимость новой, я оплачу разницу. Ты же знаешь, у меня хватит.
Эндрю холодно посмотрел на него:
– Я не нуждаюсь в твоих подачках.
– Это не подачка, – возразил Нил, – это месть. Эти деньги с самого начала мне не принадлежали, помнишь? Я говорил тебе, что мой отец украл их у Мориямы. Если ты ими воспользуешься, то заставишь Рико возместить ущерб, который причинили его фанаты.
– Месть движет только слабаками, – изрек Эндрю.
– Если бы ты так считал, то не планировал бы убить Пруста.
Фамилия доктора по-прежнему отзывалась во рту едкой кислотой, обжигала язык и горло, но ее оказалось недостаточно, чтобы пробить брешь в спокойствии Эндрю. Миньярд целую вечность молча смотрел на Нила, потом зажал сигарету в зубах и жестом подозвал к себе. Нил был уверен, что сейчас наткнется на нож – он ведь снова упомянул Пруста, – и все-таки послушно шагнул вперед. Эндрю железной рукой стиснул его затылок, лишив возможности отступить, притянул голову ближе и выдохнул дым ему в лицо.
– Это не месть, – сказал Эндрю. – Я предупреждал, что сделаю с ним, если он до меня дотронется. Я всего лишь держу свое слово.
Он подождал, пока до Нила дойдет, потом отпустил его. Когда он снова поднес сигарету ко рту, Нил ее отобрал. Разломил надвое и бросил под ноги на асфальт. Эндрю безучастно проследил, как половинки раскатились в разные стороны, и поднял глаза на Нила.
– Девяносто один процент, – объявил он.
– Просто возьми деньги, – сказал Нил. – В прошлый раз ты купил автомобиль ценой чьей-то смерти. Теперь ты можешь купить его ценой жизни – моей жизни. На эти деньги я собирался сделать себе новые документы после того, как сбегу отсюда. Благодаря тебе они мне больше не нужны.
– Твоя жизнь уже оценена, и ты уже за это платишь, – заметил Эндрю. – Нельзя продать одну и ту же вещь дважды.
– Ты потерял право называть меня упрямым. – Когда Эндрю небрежно пожал плечами, Нил сказал: – Давай заключим новую сделку.
Эндрю по-птичьи склонил голову набок.
– И чего же ты хочешь?
– А что ты можешь предложить?
– Не задавай вопросов, ответы на которые знаешь заранее.
Нил озадаченно нахмурился, однако Эндрю не потрудился объяснить, что имел в виду. Он вскинул руку и повернул ее ладонью вверх. Нил, растерявшись, просто смотрел на нее, и тогда Эндрю указал на его собственную руку. Нилу стало интересно; он повторил жест.