Из простых послушниц в дочери княжества... Жена монаха превратилась в святую развратницу, став объектом слухов и легенды. Но даже среди своих подданных она не может скрыть истинного лица - жертвы ее властью и страсти оказались каждым на расстоянии вытянутой руки.
Они не достойны моих терзаний...
Побег придется устраивать где-то в черте города, чтобы проще было спрятаться. Если убегу посреди леса, меня быстро нагонят, как олениху на охоте."
"Надеюсь, мы всё-таки пересечём хотя бы один городок, пока не доберёмся до поместья де Армье…
***
Утром я встала измученной. Спала не больше часа. На стене недалеко от входа нашла старое бронзовое зеркало, в котором почти невозможно было что-либо разобрать. Отметила лишь особую бледность кожи и тёмные круги под глазами. Точно привидение, честное слово!
Начала оглядываться в поисках своей сутаны, которую сняла перед купанием, и… не нашла её.
Вместо этого обнаружила деревенское платье с глубоким вырезом и взвыла.
Едва сдержала раздраженные эпитеты в сторону герцога, но поняла, что мое выражение возмущения переходит всякие границы и крепко закрыла рот. Не собираюсь впадать в злословие только потому, что кто-то ненавидит меня.
Ладно, напоминаю себе: я лоза! Прогнусь в любую сторону, прогнусь и не сломаюсь! Меня не разрубить так просто, я точно это знаю! Лоза – уникальное растение.
Эти мысли очень ободрили.
Поспешно натянула деревенское платье на нательную рубашку, которую всегда носила под сутаной и в которой спала.
Грубоватая льняная ткань обхватила фигуру, слишком очевидно очертив грудь и тонкую талию. Почувствовала себя растерянной и почти голой. В Обители с одеждой всегда было строго: мы носили только широкие хламиды, которые скрывали всё, что только можно было скрыть.
Чтобы вырез на груди не казался совсем уж вопиющим, пришлось подтянуть повыше нательную рубашку. Она-то и прикрыла срам.
Уродливо, конечно, зато не столь неприлично.
Светлые волосы стянула в строгий пучок, который закрепила шпильками, и вышла в коридор.
А вдруг... мне удаться аккуратно улизнуть прямо сейчас? Я даже на это готова…
Но моим мечтам не суждено было сбыться.
Весь холл первого этажа дома превратили в некое подобие таверны.
При моём появлении на лестнице, головы большинства поднялись вверх, и я почувствовала себя окружённой стаей хищников с нечеловеческим слухом и чутьём. Кажется, у Юлиана вообще засветились глаза! Но это, пожалуй, разыгралось моё воспалённое воображение.
Громко сглотнула, ощущая, как надежда на побег тает с каждой минутой. Опустила взгляд и начала спускаться вниз.
- Леди, - процедил Юлиан через пару мгновений.
