Из простых послушниц в дочери княжества... Жена монаха превратилась в святую развратницу, став объектом слухов и легенды. Но даже среди своих подданных она не может скрыть истинного лица - жертвы ее властью и страсти оказались каждым на расстоянии вытянутой руки.
У Елизаветы де Тюрдор нет связей от слова совсем, а вот Сюзанна должна иметь безумное количество знакомств. И это вовсе не шутка. Размазать репутацию одного ничтожного человека для такой змеи, как Сюзанна, ничего не стоит.
Ариадна, похоже, это тоже поняла. Она выглядела избитой ощетинившейся собакой, страшно жаждущей укусить врага, но не решающейся этого сделать.
Я воспользовалась моментом и вырвала руку Греты из её хватки.
- Пойдем, - сказала я девочке. – Назначаю тебя своей личной служанкой. Кто тронет тебя, тот будет иметь дело со мной!!!
Последнюю фразу выкрикнула достаточно громко, чтобы услышали все, но в этом даже не было необходимости: все слуги и так наблюдали за нашей перепалкой с открытыми ртами.
Что ж, эта маленькая победа всецело моя! И плевать, что я едва чувствую руку. И плевать, что ненависти ко мне стало ещё больше. Зато зло остановлено. Да здравствует справедливость!"
"Сжала руку Греты покрепче и направилась к лестнице, чтобы величественно и торжествующе подняться вместе с ней на второй этаж…
Глава 13.
Рука болела неимоверно, хотя двигать кое-как пальцами я могла. Уже в комнате попросила Грету замотать руку куском ткани, а потом отправила девчонку в общую помывочную переодеться и промыть собственные раны.
Грета вернулась через полчаса с замотанными коленками. К счастью, раны были незначительными, да и выражение лица Греты радовало.
Она сияла и смотрела на меня, как на восходящее солнце.
- Спасибо вам, госпожа... - прошептала девочка смущенно.
- Ведьме? – переспросила я, морщась от боли в руке.
- Да, так зовут Ариадну за глаза. С тех пор, как она прыгнула в постель к господину, стала невероятно злой и нахальной…
Грета осеклась, побледнела, а потом испуганно выдохнула.
- Простите... госпожа. Я не должна была...
Я отрицательно мотнула головой.
- Не стоит... я уже догадалась, что герцог имеет с этой женщиной противозаконные отношения. Только... не рано ли тебе так выражаться про постель, дорогая?
Грета покраснела, пробормотала что-то невразумительное, после чего начала оправдываться:
- Просто.
- Не нормально... – мягко прервала я. – Лучше избегать речей, в которых есть место грязи… Поверь мне, этот мир настолько испорчен, что мерзость сама по себе прилипает к человеку, а если мы будем её распространять ещё и сами, станем тухлым болотом со стоячей водой.
