Девушка, выросшая в монастыре и отвергнутая семьей, вынуждена выйти замуж под личиной своей сестры-близняшки. Её ждёт брак с грозным драконом и испытание, способное изменить судьбу. История о любви, предательстве и пути к спасению.
Но почему??? Почему он принес меня сюда, почему… перевязал руку? Он был тем, кто отправил меня ковыряться в навозе, был тем, кто угрожал уничтожить мою личность в море унижения, а сейчас принёс к себе?
Стоп!
Другая мысль обдала страхом и новым опасением. А что, если он решил… до свадьбы стребовать супружеский долог? Я не очень была осведомлена о том, что именно происходит между супругами в момент близости, но однозначно это чем-то было постыдным и крайне порочным. Не даром одна только мысль об этом считалась страшным грехом. Правда, я не раз наблюдала, как это происходит у животных: в Обители держали немало собственного скота, но разве у людей это может быть ТАК?
Я встала на ноги и едва не упала обратно в кровать из-за навалившегося головокружения. Всё тело болело, колени подрагивали. С некоторым ужасом поняла, что раздета до нижнего платья, но на стуле рядом лежал не вчерашний наряд, провонявшийся конюшней, а чистая, приятно пахнущая новая одежда.
Поспешила натянуть на себя платье, хотя завязывать тесемки впереди было насколько неудобно из-за перемотанной руки.
Но боли всё равно не было. Это даже несколько удивляло."
"Нашла на стене зеркало и принялась медленно расплетать растрепанные волосы, постоянно поглядывая на входную дверь и прислушиваясь к каждому звуку. Быстро приведя себя в порядок, я ещё раз огляделась и заметила на столике в дальнем углу поднос с завтраком. Рядом лежала записка с моим именем, и я поняла, что пища предназначается именно мне.
Нахмурившись и ещё больше напрягшись, я, тем не менее, решила поесть. Мне нужны были силы.
Суп и кусочек мяса с овощами проглотила за один присест. Желудок благодарно заурчал. После еды я решилась приблизиться в двери, чтобы попытаться выйти, но... та оказалась заперта.
Значит, Юлиан решил меня не выпускать отсюда.
И снова страх, подозрения, непонимание.
Но всякий раз, как я смотрела на свою руку, мне приходила мысль, что… не такое уж он чудовище. Я в его власти, ничто не останавливает его от того, чтобы просто уничтожить меня. Но он этого не делает. А ещё эта помощь с рукой…
Я решительно запуталась.
От безделья и где-то даже от желания проникнуть в мысли герцога, я начала прохаживаться по комнате, рассматривая абсолютно всё: мебель, отделку на стенах, картины, изображающие незнакомых мне людей, статуэтки, лампы, секретер, шкаф, ковер, в конце концов…
У выхода висело полотно, больше напоминающее гобелен, и я с удивлением замерла около него. Гобелен изображал...
