В «Цветок Хольберга», словно атмосферный таинственный лес, погружают вас в мир загадочных магистров и их интригующих отношений. Книга "Святоша" Оксаны Гринберги захватывает с первых строк, описывая бескрайние поиски магистра Шарреза по всему городу. Здесь создается атмосфера загадочного города и его неизвестных теней....
Да и зачем, если после двух погружений во Тьму у меня случилось полное магическое истощение? Сейчас понемногу восстанавливалась, но медленно, медленно…
Сказал, что Амгерд Сид – не последний человек в городе и, если расстарается, у меня будут крупные неприятности. Вплоть до каторги в Мервянных Горах, куда упекали магов-преступников. Правда, Амгерд готов сменить гнев на милость и снять обвинение, если получит право опеки надо мной вплоть до самого замужества. С условием, что все это время я буду носить браслет, не позволяющий пользоваться магией.
Это означало, что до замужества я не доживу, а деньги – так или иначе – достанутся Амгерду.
– Но ведь он пытался меня убить! – в отчаянии сказала я капитану. – Присвоил мое наследство! У меня есть документы. Вернее, векселя и расписки.
Подорожная и паспорт сгорели вместе с письмом отца. Для того, чтобы получить новые, вероятно, придется ехать в Теоку, обращаться в архив при Ратуше.
– Хорошо, что есть документы, – согласился капитан. – Я посмотрю, чем могу помочь.
Уставился на меня. Маги, я знала, наделенные Даром, обращались либо к Свету, или же к Тьме. Правда, Высшие с легкостью заглядывали и на чужую сторону. Я же, со слов магини Сивиссы, урожденная Светлая, потенциальная Высшая, но с детства свободно управлялась как с одними, так и с другими потоками, чем вводила наставницу в изумление.
– Светлая, – ответила капитану.
– Что ты сделала с молодым Сидом?! Он до сих пор хрюкает и сожрал все наши запасы. Штатный лекарь голову сломал…
– Скоро пройдет, – пообещала я. – Он сам… Сам с собой это сделал! Отца его уже не перевоспитать, а вот сыну передайте… Каждый раз, как поднимет руку на женщину – превращаться ему в свинью!
Капитан не поверил. Ушел, оставив меня в покое. Правда, скучать мне не дали. С потолка – каждые три вздоха и восемнадцать ударов сердца – срывалась новая капля.
Наконец, за мной пришли. Провели по витой узкой лестнице, освещенной факелами.
