Автор
В Святости и соблазне — мир изнурительной магии, где каждый шаг подчеркивается шелестом тканей и хрустом каблучков. Главная героиня надевает тонкую маску, скрывая истинное лицо, оставляя лишь память в серых стенах помещения для встреч. Здесь каждое вздохование наполнено напряжением и ожиданием, как если бы стены сами говорили легенду о том, что таится за закрытыми дверями....
Теперь стал понятен необычный вид хвоста Барби, а кроме того, это позволяло узнать кое-что важное о характере Руперта. Он явно страдал комплексом героя. Не нужно было быть Зигмундом Фрейдом, чтобы понять, почему Руперт пошел работать спасателем, а также то, почему решил протянуть ей руку помощи.
Однако, кроме добросердечия, за этим должно было стоять что-то еще, в этом Флоренс была уверена. И по непонятным причинам ей хотелось выяснить, что именно.
Руперт вытащил два высоких бокала из висящего над раковиной шкафчика и направился к холодильнику за льдом.
"Пройдя вслед за ним через небольшую, но прекрасно оборудованную кухню, Флоренс оказалась в уютной гостиной, окрашенной в светлые тона, с плетеными из ротанга столом, креслами с яркой обивкой и огромным угловым диваном. Повсюду стояли кадки с пальмами и папоротниками, придающие комнате дополнительное очарование. Висящие перед большим окном колокольчики, сделанные из морских раковин, удачно дополняли общий тропический стиль обстановки. Гостиная ей сразу понравилась.
Доброе отношение Флоренс к животным доставило ему нескрываемое удовольствие. Может быть, дело было в том, что большинство знакомых Руперту женщин откровенно побаивались их, а то и выказывали ничем не прикрытое недовольство?
— Надо ли мне знать еще о какой-либо живности, обитающей в доме? — спросила Флоренс, принимая от него бокал с чаем.
— Только о Бонни и Клайде, — сообщил он и жестом предложил устроиться на диване, возле которого, почти сливаясь с лохматым темным ковриком, улеглась Барби.
— А это кто такие?
— Кошки, которых я приютил вскоре после переезда сюда.
Поставив бокал с чаем на стол, Руперт сходил за нехитрыми пожитками Флоренс, намереваясь отнести их в гостевую спальню. Ее лечащий врач настаивал на том, чтобы в первые несколько дней она как можно больше отдыхала, и он не собирался пренебрегать столь настоятельным советом, особенно если это могло помочь вернуть ей память.
— Им повезло, что они попали именно к вам.
В глазах Флоренс появилось странное выражение, похожее на грусть, и это напомнило ему о том, что в данный момент он является единственным человеком, которого беспокоит ее дальнейшая судьба.
Руперт знал, что такое быть одиноким… в некотором смысле. Разумеется, после смерти матери, погибшей при исполнении служебных обязанностей еще в то время, когда женщины среди пожарных были редким исключением, рядом с ним были отец и брат.
