Автор
В Святости и соблазне — мир изнурительной магии, где каждый шаг подчеркивается шелестом тканей и хрустом каблучков. Главная героиня надевает тонкую маску, скрывая истинное лицо, оставляя лишь память в серых стенах помещения для встреч. Здесь каждое вздохование наполнено напряжением и ожиданием, как если бы стены сами говорили легенду о том, что таится за закрытыми дверями....
— Порой правда бывает гораздо необычнее самой замысловатой выдумки."
"Бросив на него испытующий взгляд, Флоренс неожиданно нахмурилась, но, что у нее в данный момент на уме, понять было невозможно. Мгновение спустя она, тряхнув головой, слегка улыбнулась ему. Маленький, дерзко задранный нос ее наморщился, как у кролика, попавшего на никем не охраняемый огород.
— У вас там, случайно, не чизбургер?
От мгновенно смягчившего лицо Флоренс выражения удовлетворения его сердце растаяло.
— Ваша обожаемая калорийная пища.
— Не думала, что вы запомните, — сказала она тем вкрадчивым голосом, который преследовал его всю эту неделю в беспокойных снах.
Почти благоговейный трепет, звучащий в голосе Флоренс, невольно заставил его задуматься о том, почему такая тривиальная вещь, как чизбургер, доставляет ей явное удовольствие. Неужели до этого никто и никогда не оказывал Флоренс даже столь пустяковых любезностей? Можно было, разумеется, спросить ее об этом, но скорее всего она прошептала бы в ответ «я не знаю», с глазами, полными отчаяния и тревоги.
Протянув руку, Руперт накрыл ладонь Флоренс своей. Кожа ее была теплой и шелковистой на ощупь, и уже сама мысль о том, что такая она везде, будоражила его воображение и возбуждала.
— Вы сказали, что это ваше любимое, — сказал он, протягивая ей пакет.
Ее улыбка стала шире, и она с шутливой поспешностью выхватила пакет из его рук.
— Я могу не помнить, кто такая есть, где живу и что делала на горящем складе, но чизбургер по запаху узнаю всегда.
Руперт невольно улыбнулся, несмотря на несколько настораживающую резонность замечания Флоренс. Действительно, кто она такая? Отсутствие обручального кольца на пальце и даже бледной полоски, указывающей на его длительное ношение, могло бы свидетельствовать об отсутствии мужа, однако это отнюдь не исключало наличия приятеля или даже серьезной любовной связи. Врачи сообщили ей, что у нее никогда не было детей, на что она пожала плечами, пробормотав, что им, разумеется, виднее.
По словам Флоренс, ежедневно навещающий ее психиатр установил, что она страдает амнезией третьей стадии, обычно являющейся следствием тяжелой травмы.
