Автор
В сердце Севера висело двадцатью мелкими бриллиантами — знаком любви для других, но для нее это было символом принадлежности и золотой клеткой, в которой она оказалась навеки. Мир, который казался безграничным, оказался закрытым кругом, где каждый день напоминал ей об узде, в которую она была заточена. "Пока смерть не разлучит нас" — это было больше чем просто слова, словами были запечатаны их судьбы, связанные честью и верностью....
Я уткнулась лицом в изгиб шеи Луки, пытаясь расслабиться. Хватка Луки на мне усилилась, когда он вошел в джакузи и медленно опустил нас в горячую бурлящую воду. Я сидела на его коленях, все еще спрятав свое лицо возле его кожи. Лука провел рукой вверх и вниз по моему позвоночнику.
— У тебя нет никакой причины бояться.
— Говорит человек, который раздавил горло мужчины голыми руками, — я хотела сказать это дразня, но голос вышел дрожащим.
— Это не имеет никакого отношения к нам, Ария. Это бизнес.
— Я знаю. Я не должна была напоминать об этом.
— В чем настоящая проблема?
— Я нервничаю, потому что чувствую себя уязвимой, как будто я в твоей власти из-за этого соглашения.
— Ария, забудь о соглашении. Почему бы тебе не попытаться расслабиться и насладиться этим? — Он приподнял мой подбородок, пока наши губы почти не соприкоснулись и глаза не встретились.
— Обещай, что ты не заставишь меня делать что-то, чего я не хочу делать, — я перевела взгляд на его грудь. — Обещай мне, что ты не сделаешь мне больно.
— Почему я должен делать тебе больно? — спросил Лука. — Я же сказал тебе, что не буду спать с тобой, если ты сама меня не захочешь.
— Значит, ты причинишь мне боль, когда мы будем спать вместе?
Губы Луки изогнулись в кривой улыбке:
— Нет, нарочно нет, но я не думаю, что есть какой-то другой способ для этого, — он поцеловал местечко возле моего уха. — Но сегодня вечером я хочу заставить тебя извиваться от удовольствия. Доверься мне.
Я хотела, но доверие было опасной вещью в нашем мире.
"Лука прошёлся языком по моему горлу. Он остановился на моей пульсирующей жилке и всосал кожу. Я задрожала от ощущений. Его тело было горячим и твердым против моего, и мне нравилось сидеть у него на коленях; хотя это было не очень удобно. Не было никакой мягкости в теле Луки, только твердые мышцы.
Я отстранилась назад, получив рычание от Луки в ответ. Его пальцы на моей талии напряглись, серые глаза вопросительно уставились на мое лицо.
