Автор
Я невидимка, но чувствую его взгляд на своем теле в холодном кабинете. Мои соски затвердели от страсти и прикосновения его голубых глаз, пока он медленно исследует меня. Но мое тело жаждет защиты, даже когда я не хочу этого. Он задерживает свой взгляд на моих бедер, пробуждая в нем надежду. Я — кто для него?...
Это Карла, она была бесплодна. — Я внутренне содрогнулась от своих слов. Я не хотела говорить плохо о мертвой женщине.
Данте покачал головой.
— Я же сказал, что не хочу говорить о Карле.
— Почему нет? Потому что все еще любишь ее? Потому что не можешь двигаться дальше? — Он замер. — Мне жаль, что ты потерял Карлу, но теперь я твоя жена, — внезапно все, что во мне копилось, казалось, всплыло на поверхность.
Я понимала, что Данте балансирует на грани потери контроля, и хотела этого. Меня уже воротило от его изощренного спокойствия, от его холодной логики.
— Меня уже тошнит от того, что ты относишься ко мне как к шлюхе. Ты игнорируешь меня днем и приходишь ко мне ночью только для секса. А теперь ты обвиняешь меня в измене? Иногда я думаю, что ты делаешь мне больно, чтобы удержать на расстоянии вытянутой руки. Когда ты наконец вернёшься к нормальной жизни? Твоя жена умерла четыре года назад, пришло время перестать жаловаться и осознать, что жизнь продолжается. Когда ты перестанешь цепляться за память о мертвой женщине и поймешь, что в твоей жизни есть кто-то, кто хочет быть с тобой?
Внезапно Данте оказался передо мной.
— Не говори о ней.
Я вздернула подбородок.
— Она мертва, и она не вернется, Данте.
Он сжал кулаки по бокам.
— Прекрати говорить о ней, — в его голосе слышался намек на предупреждение.
— А то что? — произнесла я, даже несмотря на волну ужаса, прокатившуюся по моей спине от злости в глазах Данте. — Ты хочешь меня ударить? Давай.
Это была не совсем правда. Если муж поднимет на меня руку, этот брак закончится раз и навсегда. Я знала, что некоторые женщины в нашем мире смирились с физическим насилием, у многих просто не было другого выбора. Бибиана была одной из них, но я поклялась, что никогда не склонюсь перед таким мужчиной. Из-за дурацких слез мое зрение поплыло, но я загнала их обратно. Перед Данте я плакать не собиралась.
— Ты так занят, почитая память о ней и защищая ее образ, который живет у тебя в голове, что не понимаешь, как жесток со мной. Ты потерял свою первую жену не по своей вине, но потеряешь меня, потому что не в состоянии отпустить ее.
Данте уставился на меня, совершенно заледенев. Калейдоскоп эмоций в его глазах было невозможно разобрать, и я слишком устала, чтобы переживать об этом. Я прошла мимо него, и он не попытался остановить меня.
