Автор
Я невидимка, но чувствую его взгляд на своем теле в холодном кабинете. Мои соски затвердели от страсти и прикосновения его голубых глаз, пока он медленно исследует меня. Но мое тело жаждет защиты, даже когда я не хочу этого. Он задерживает свой взгляд на моих бедер, пробуждая в нем надежду. Я — кто для него?...
Господи, когда этот разговор стал настолько невыносимо эмоциональным?
— Вэл, — осторожно сказал отец, — Данте что-то сделал?
Я слабо улыбнулась ему, с благодарностью за его беспокойство, но понимая, что это бесполезно. Даже если бы Данте сделал что-то и я рассказала бы отцу об этом, вряд ли он смог бы вмешаться. Он не пошел бы против своего Капо, даже ради меня.
— Нет, он джентльмен. — «Вне спальни», — добавила я про себя. Не то чтобы я возражала. — Вот только он очень закрыт. Мне одиноко, но работа меня отвлечет, так что это должно помочь.
— Дай ему время, — посоветовал отец.
Я видела, что из-за моей эмоциональности ему все больше становилось неловко. Почему же мафиози становятся тру́сами, когда дело доходит до выражения чувств, но, столкнувшись со смертью, и бровью не поведут? Он взглянул на свои «Ролекс» и поморщился.
— Мне действительно пора идти.
Отец чмокнул меня в висок, а затем наклонился, чтобы одарить мою мать настоящим поцелуем. После этого он ушел, а мать похлопала ладонью по местечку рядом с ней на диване.
— Прямо сейчас мне просто необходим торт.
Мать позвонила в колокольчик, и наша горничная вошла в гостиную с подносом, полным выпечки и итальянских макарони. Держу пари, она караулила под дверью с тех пор, как я приехала. Насколько я помню, она всегда была слишком любопытной. Мимоходом улыбнувшись мне, она поставила поднос и снова исчезла. Я схватила вкуснятину из слоёного теста с марципаном и шоколадом и откусила внушительных размеров кусок.
— Поаккуратнее с этим. В них полно жира и калорий. Ты должна заботиться о своем теле. Мужчины не любят толстух.
Я демонстративно доела оставшуюся часть слойки, а затем запила ее кофе.
— Может быть, тебе стоит написать книгу о том, чего хотят мужчины, поскольку ты, похоже, все об этом знаешь, — я широко распахнула глаза, чтобы смягчить грубость своих слов.
Мать покачала головой, прежде чем взять себе печенье.
— Твой отец прав.
— Вы были строги с Орацио, и это не помогло.
— Он парень. Они все неуправляемы. К тому же, он делает успехи. Даже сказал, что думает о том, чтобы остепениться.
Я не поверила в это. Он это сказал, только чтобы мать перестала его пилить. А учитывая то, что он не жил в Чикаго, но помогал вести наш бизнес в Детройте и Кливленде, родители нечасто получали возможность беспокоить его. И, разумеется, он был мужчиной.
