Автор
Сборник рассказов о любви, которая закаляется в огне испытаний. Каждая пара проходит через невзгоды, чтобы обрести чувство, готовое выстоять перед любыми преградами. Истории о преданности, жертве и силе, которая рождается, когда двое становятся одним целым во имя любви и верности.
— Ты в порядке? — тихо спросила она.
Маттео бросил на меня обеспокоенный взгляд, прекращая разговор с Лукой.
— Я в порядке. Просто больше не могу есть так быстро. Ребенок занимает слишком много места в моем животе.
— Скажи это двум вегетарианским бургерам и картошке фри, которые ты вчера проглотила на ужин, — пошутил Маттео.
Я пнула его ногой под столом, отчего его ухмылка стала еще шире.
К сожалению, это движение причинило мне больше боли, чем ему, так как вызвало дискомфорт в спине.
Марселла с любопытством наклонила голову.
— Не понимаю, почему ты не хочешь знать, мальчик это или девочка. Я бы умерла от любопытства. И ты даже не можешь купить ничего розового!
— Не каждая девушка любит розовый, — сказала я.
Марселла поджала губы.
— Ты единственная девушка, которая предпочитает черное.
— Твоя тетя особенная снежинка, — подмигнул Маттео.
Марселла рассмеялась.
— Надеюсь, это мальчик, — сказал Амо. — От девочек одни неприятности.
— Жаль, что я не усвоил этот урок в твоем возрасте, — вздохнул Маттео.
На этот раз я послала ему только свирепый взгляд, а не пинок.
Конечно, это не возымело никакого эффекта. Маттео даже дал пять Амо через стол, к большому неодобрению Арии.
Я прижала ладонь к животу, гадая, когда напряжение покинет.
Давление стало еще сильнее, прежде чем я смогла решить, рожать ли мне, вдруг что-то теплое потекло из меня. Я застыла, сжимая вилку в руке. Это определенно не была моча. Мочевой пузырь был пуст.
— Почему ты делаешь такое лицо, будто какаешь, тетя Джианна? — спросил Амо.
У меня даже не хватило духу устроить маленькому чудовищу взбучку за то, что он снова назвал меня тетей.
— Джианна? — тихо сказала Ария.
— Джианна, твое выражение лица беспокоит меня, — произнёс Маттео. Он коснулся моего бедра, моих мокрых штанов и медленно убрал руку, его глаза расширились. — Блядь.
— Маттео сказал «блядь» за столом, — сказал Амо, глядя на Арию.
— Что с тобой? — с любопытством спросила Марселла.
Почему они все не могут замолчать?
— Кажется, у меня только что отошли воды, — сказала я.
— Фу-у-у, — сказала Марселла, и ее великолепное лицо сморщилось.
Амо положил вилку.
— Ты обмочилась? Можно посмотреть?
Я сжала руку Маттео. Я не могла поверить, что мы сами родим одного из этих маленьких монстров.
Лука поднялся с суровым выражением лица.
— Марселла, Амо, в свою комнату.
— Но папа, — Марселла заскулила.
Лука покачал головой.
— Живо.
Наконец, они оба поднялись наверх, но не без значительных протестов.
