Автор
Осень 1819 года в Ноттингемшире: Джентльмен в черном исчезает по коридору, и Шарлотта Хайвуд осторожно следит за ним. Украдкой она направляется к библиотеке сэра Вернона Паркхерста, где предстоит важное открытие. Воздух в помещении пахнет пергаментом и древними книгами, создавая необычайную атмосферу....
Каждую неделю говорил, что мать прислала письмо, что якобы скучает по своим мальчикам, что лечение не закончено. Наконец признался, что она умерла. Я нашел ее в мае. До зимы меня не водили к ней на могилу. К тому времени я так долго скрывал свою скорбь… Когда уже можно было, не стесняясь, показать ее, у меня для этого не осталось сил, как я ни старался.
Он скрывал не скорбь. Он скрывал стыд! Стыд за то, что приходилось лгать отцу, за то, что мать умерла столь неподобающим образом. Стыд за то, что не стал ей хорошим сыном, чтобы удержать от такого поступка.
Ведь матери живут ради своих детей, разве не так? А вот Пирс не сумел дать ей вескую причину для продолжения жизни.
«Я не смогу! Я не смогу это вынести!»
Он отбросил прочь мучительные воспоминания.
– Достаточно сказать, что с тех пор обманывать и хитрить для меня стало обычным делом.
Шарлотта смотрела на него своими ясными голубыми глазами.
– Мне очень жаль, что все так произошло, Пирс. Я рада, что ты рассказал мне правду.
– Я не собираюсь оправдываться. Или извиняться. Мне не нужно прощение. Я сделал то, что должен был сделать.
– Должен был сделать? – Шарлотта удивилась. – Разве не ты недавно разразился целой тирадой по поводу того, сколько власти сосредоточено в каждом твоем мизинце. Должна ли я поверить в то, что тебе в голову не пришло ни одной стоящей идеи, кроме как поджечь мое белье среди ночи?
Он показал на обгоревший пол.
– Они напали на меня первыми.
– О господи! – Она отступила на шаг. – Не могу решить, либо ты круглый дурак, либо хочешь выставить себя откровенным мерзавцем.
– Посмотри на меня. – Пирс показал на свое лицо. – Я думаю, что моя левая бровь расскажет тебе обо всем.
– Да, конечно. Только твоя левая бровь находится слишком высоко над задницей.
Пирс сжал челюсти.
– Что сделано, то сделано. Этого не исправишь.
– О, у меня выход есть. Какими бы ни были последствия, у меня всегда есть выход. Если придется выбирать между потерей репутации и браком без любви, я выберу первое. По крайней мере у меня еще останется шанс найти свое счастье где-нибудь в другом месте.
Он развел руками.
– Я не понимаю, что ты хочешь услышать.
– Мне нужно, чтобы ты объяснил, что я получу, если выйду за тебя.
