И ведь не могут не понимать, что через несколько дней об этом не то что контрразведка, но и любой бомжара недалёко от Зоны знать будет. Что же это такое, как не наглость, а?
Смотрел теперь Мякиш прямо на Филина, и тот посчитал необходимым внести свою лепту:"
"— Не знаю. Бабки платят — и хорошо. Дай воды!
— Обойдёшься. — Голос разведчика звучал нейтрально, почти дружелюбно. — А что, не слыхал, не появлялось ли недавно где-нибудь в призонье что-нибудь летающее? Желательно иностранной принадлежности.
— Ну, стоит транспортный вертолёт с «гуманитаркой», — осторожно сообщил Филин, опасаясь, что новый странный вопрос может принести от непредсказуемого «художника» новые неприятности. — На военной авиабазе, что возле своротки на третьем километре окружной трассы. Кретины какие-то приволокли к границе Зоны туалетную бумагу и детское молоко. Ошиблись, что ли…
— Ну? — тихо сказал Мякиш. — И что дальше?
— Ну, проверяют их там сейчас служба безопасности и таможня как положено. Как весь груз досмотрят, так штраф выпишут да отправят в правильный пункт назначения. А что?
— И сколько на это может уйти времени?
— Ну, со всеми формальностями дня три-четыре.
— Вот оно! — мрачно восторжествовал разведчик. — Понимаешь, чем дело пахнет, господин бизнесмен?
— Намекаешь, что контейнеры вывезут на этом вертолёте? — равнодушно спросил Филин. — Ну, значит, обошли тебя и здесь. Дай воды, гад!
Мякиш сжал правую руку в кулак и закусил зубами сустав большого пальца, невидяще глядя куда-то поверх верхушек деревьев. Прямо на глазах черты его лица стали жёстче, да и само лицо словно бы даже потемнело. И вроде бы ничего не изменилось — Мякиш все так же полулежал на груде вещей, — но ощущение угрозы, исходившей от него, стало предельно чётким и пронзительным.
Филин вновь испугался и весь сжался в предчувствии новой беды. Антон слушал все с интересом, но в разговор не встревал.
— Выбора нет, — сказал вдруг Мякиш внятным и каким-то деревянным голосом. — Придётся идти. Эх, прощай тёплый кабинет.
— Куда идти? — осторожно спросил Филин и начал медленно переползать на коленях в сторону Антона.
— Замри, скотина, — равнодушно бросил разведчик. — Жить хочешь?
— Есть такая потребность, — опасливо кивнул Филин.
— Дам шанс. В Зону меня поведёшь. Туда, к иностранцам этим. Если живыми выберемся — убивать не стану.
— Ты что, совсем сбрендил? — Бандит поражённо уставился на Мякиша. — Зачем тебе это? Выйдешь в город — позвонишь своим, и дело в шляпе.
— Ну да, и обосную поднятую тревогу тем, что «мне тут кореш рассказал, когда в ходке были», да? Не получится так, — вздохнул разведчик. — Информацию твою проверить надо.