В годы Великой Отечественной войны контрразведчики СМЕРШ вступают в смертельную борьбу с немецкими диверсантами. Предатель выдает планы врага, но настоящая игра только начинается. Разведчикам предстоит перехитрить опасных противников и пресечь зловещий заговор.
И потом, если ты думаешь, что достаточно лишь почесать языком, чтобы получить прощение, то глубоко ошибаешься. Нет… Так не бывает. — Подняв трубку, майор произнес: — Вот что, капитан, возьми машину и несколько человек для усиления, сейчас мы поедем в Люберцы и арестуем фашистского шпиона. Ты все понял? Вот и отлично! — Он положил трубку с некоторым облегчением. — Давайте выводите его на улицу, там уже стоит машина. Скоро подойдут автоматчики, повезем его с собой в Люберцы! Должен же нам кто-то опознать немецкого агента."
"— Чего расселся? — поторопил задержанного плотный сержант. И, взяв его за гимнастерку, рывком поставил его на ноги, крепко тряхнув: — В следующий раз я не буду таким любезным.
— Мне бы воды.
— Перебьешься! Мертвым она не нужна!
Оставшись один, Староверов выглянул в окно. Грузовик стоял у самого крыльца, в кузов уже загружалось отделение автоматчиков. Его заместитель капитан Ляпин отдавал какие-то распоряжения подошедшим бойцам.
Подкатил «Мерседес-Бенц» — личная машина начальника отдела контрразведки «СМЕРШ» одиннадцатой армии. Эту машину, отбитую у немецкого генерала, он получил в подарок от командующего армией. Столь ценным подарком майор пользовался активно, только за последние несколько месяцев успел накатать несколько десятков тысяч километров. Машина хорошая, надежная, так что она ему еще послужит.
Набросив на плечи шинель, Староверов вышел из кабинета и быстрым шагом спустился на улицу. Водитель, старшина лет сорока пяти, крепкий, кряжистый, вышел на воздух, чтобы выкурить домашнего самосада, но, заметив подошедшего майора, быстро припрятал кисет.
— Чего стоим? Поехали! — распорядился Староверов, потянув на себя дверцу.
— Куда едем, товарищ майор? — засуетился старшина.
— В Люберцы давай! Надо выкурить из гнезда одного фашистского гада, а потом расстреляем обоих перед строем, как предателей родины! Дорогу знаешь?
— Как свои пять пальцев, товарищ майор. Разве я вам не говорил, что наша часть неподалеку от тех мест стояла? Пришлось поколесить.
Автомобиль тронулся. Следом, держась на почтительном расстоянии, двинулся грузовик с автоматчиками.
— Может, надо было доложить об этом Мельнике в Москву? — заметил капитан Ляпин, сидевший на заднем сиденье.
— Не нужно, — отмахнулся майор. — У них там дел и без нашего агента хватает. Разберемся своими силами. Сами арестуем, сами расстреляем!
Дорога до Люберец не показалась майору долгой: не успел прикорнуть, как потянулись городские постройки Подмосковья.
