Шея почему-то горит сама по себе, рассылая мелкие молниеносные импульсы жара по всему телу.
Лицо тигра замкнуто, сосредоточенно на чем-то внутреннем. Зато его руки по-прежнему со мной. И пальцы опять проходятся по болезненным зонам между ног, хотя лучше этого не делать, меня следует отпустить, а не заводить опять.
- Что ты делаешь? - скулю я, получая новую порцию разжигающего удовольствия и переводя слова в стон.
Не остыв, я снова чувствую нарастание желания пантеры. Там, где проходятся руки альфы, зарождаются очаги зудящего возбуждения. Я кусаю губы, покорно наклоняя голову в извечном жесте подчинения, чувствуя, как волшебно поет мое тело под его касаниями. Как стучит набатом сердце.
Отводя локоны с плеч, он приспускает ночную рубашку и целует меня дорожкой поцелуев по шее и спине, заставляя извиваться и хотеть еще большего. Кожа сзади печет, пульсирует.
Самые сильные ощущения на месте клейма. Слабая подозрительная мысль появляется и тут же исчезает, когда палец альфы проникает в меня.
- Аах, - вскрикиваю я, подергиваясь от новой волны ощущений.
И уже полностью подчинена, когда Итан переворачивает меня, кладет спиной на гладкую поверхность стола.
Его лицо по-прежнему замкнуто и полыхает внутренней силой. Черты каменеют и заостряются, превращаясь в четкие рубленные линии.
Он... фантастически красив. Сияет в моих глазах. Восхищает, когда разрывает на мне одежду. Волны желания прошивают мой позвоночник, начиная с шеи. Только касания моей пары дарят успокоение, только его изучающий взгляд приносит облегчение.
Он играет на моем теле как на музыкальном инструменте, вырывая звуки и прислушиваясь к ним, увлеченно и фанатично. А я, уже совершенно обнаженная, в лоскутах рубашки, выстанывая его имя без остановки, все исступленнее погружаюсь в облако общего наслаждения. Мои ноги дрожат, когда он поднимает их наверх и разводит в стороны.
Тигр может сейчас делать со мной все что угодно, но он делает самое правильное.
Входит в меня медленным, плотным и выжигающим изнутри движением. Смотря в глаза. Доказывая неопровержимое владение. Я изгибаюсь от страсти в дугу, беспомощно скребя по столешнице коготками.
- Да! - кричу я в далекий потолок. - Волшебно!
Его ладони плотно захватывают щиколотки, не давая моим ногам дергаться, растягивая их в стороны. Поднимает. И вбивается в меня в полном диапазоне, длинно, мощно, входя и выходя, а затем выбивая дух снова.
Приподнимая то одну, то другую ногу, разворачивая под нужными углами, ловя каждый вскрик и усиливая его повторным попаданием в те же точки. Он властвует, забирается в самую сердцевину. Я чувствую себя одним узлом бесконечного удовольствия, который закручивается все сильнее.
Где-то вдали, как в тумане, вижу его неожиданно властное лицо.