На ту самую работу, которую я раньше обожала, а теперь она превратилась вместо, где живут огнедышащие драконы, демоны, черти, и гребанные усмехающиеся клоуны с кровавым оскалом.
Надо увольняться! Искать что-то на другом конце города, а лучше на другом конце Земли, что бы вероятность случайного столкновения с ним была равна нулю. И плевать, что Неманов обо мне подумает, что обзовет скучной трусихой… Я опять себе льщу, он обо мне ничего не подумает, ему плевать. Этот жестокий человек уже забыл о моем существовании.
Когда иду на прием в голове крутится множество идей как продлить больничный. Снять шапку, наесться мороженого, промочить ноги, прыгнуть под автобус.
Естественно ничего из этого я не сделала. Так ведь нельзя, так неправильно, нечестно.
Неманов был прав. Я скучная.
Поэтому смирившись со своей незавидной судьбой покорно позволила себя выписать, взяла больничный лист и понуро побрела домой.
***Когда возвращаюсь у меня нет сил шевелиться. Сажусь на диван и растерянно смотрю по сторонам. Дом опустел, осиротел без него. С каким рвением я поддерживала чистоту и порядок, когда мне казалось, что наше гнездышко — лучшее место на 3емле, с такой же апатией я относилась теперь к этому помещению, где я перестала себя чувствовать, как дома.
Беспорядок, немытая посуда, слой пыли на мебели — все кажется таким бессмысленным, таким пустым, когда твоя жизнь летит под откос.
Со слезами я справилась, перестала выть, рвать волосы на голове от тоски, но что делать с тем равнодушием, что расползалось темной кляксой внутри?
Звонит телефон. Весёлая мелодия кажется неуместной в моей обители скорби. Я игнорирую звонок, даже не делаю попыток посмотреть кто там. Мне все равно. Единственный человек, чей голос я бы хотела услышать, никогда мне не позвонит. Никогда!
Звонивший оказывается настойчивым. Мелодия повторяется раз за разом, начиная раздражать.
Ну кто там такой упрямый!
— Нет меня, — произношу, обращаясь к невидимому собеседнику, — сдохла!
Снова звонок, уже откровенно действующий на нервы. В результате злюсь, завожусь до небес и хватаюсь за трубку с намерением высказать все что думаю, вылить свой гнев, свою боль на этого человека.
Однако стоит мне нажать кнопку ответа, как раздается веселое:
— Варька, опять не слышишь ни черта?
И моя злость сдувается как воздушный шарик.
Это Мартынов.
— Привет, — выдыхаю слабо.
— Что за скорбный тон? Я вернулся, а тут прием такой тухлый.
— Извини, я маленько не в форме, — отвечаю уклончиво.
— Бывает, — беспечно произносит он, — ты на работе?
— Нет. Дома.
— Дома? В середине дня? На неделе? Что-то странное.
— Я на больничном была, вот сегодня только выписали.
— Чего с тобой приключилось? А впрочем, не важно. При встрече расскажешь.
— Какой встрече? — спрашиваю устало.