Этому поулыбалась, этой комплимент сделала. Играла на слабостях, на тщеславии, как Илюха учил. Получалось. Народ откликался.
Самое смешное никто не узнавал меня с первого взгляда. Оказывается, прежняя Варя была настолько блеклой и незапоминающейся, что ее никто и не вспоминал.
Парадокс. Делаешь все, стараешься, работаешь — и никому не нужна. А ходишь нарядная по коридорам, ни хрена не делаешь, улыбаешься во все тридцать два зуба и сразу замечают. А человек то все тот же!
Хотя вру. Ни хрена не тот же.
Изменилась я за эти годы. Сильно изменилась. Не прошла даром Илюшина муштра. Поменял. От и до. И мне это нравится.
РоманЯ не понимаю, как таких бездарей Земля держит. Неделю назад просил подготовить портфолио нового проекта, а они клювом прощёлкали.
Пока люлей всем не навешаешь, никто своей ленивой задницей непошевелит!
Поувольнять бы на хер всех, да новых набрать! Может толк будет.
Уткнувшись в бумаги, шел по коридору, не обращая ни на что внимания, а потом черт дернул голову поднять и посмотреть в сторону большого копировального аппарата, возле которого какая-то девица стояла.
Не знаю кто это, но могу сказать наверняка — задница у нее отменная. Круглая, подтянутая, явно накаченная тренировками.
Черная юбка карандаш длиной до колена, обтягивала ее как вторая кожа. Взглядом вниз повел — красивые ровные икры, щиколотки тонкие, на одном маленькая татушка, то ли цветок, то ли бабочка. Туфли черные, на высоченной тонкой, как игла шпильке.
Вернулся взглядом выше. Блузка бежевая, заправленная в юбку, спина прямая, уверенная. Разворот плечиков стервозный. Мне нравится.
На волосы ее залип — темные, с медовыми прядями, чуть ниже лопаток. Блестели как зеркало, даже потрогать захотелось.
А почему бы и нет?
Я направился к ней, намереваясь познакомиться. Надо еще спереди на нее глянуть, а то вдруг крокодил.
Она меланхолично делалаксерокопии, перебирая лист за листом из объемной стопки и не замечая моего появления.
— Прекрасный день неправда ли? — произношу весело, тоном, на который всегда все ведутся. Я давно подметил, что слабый пол вообще падок на тембр голоса.
Вот только на незнакомку это произвело совсем другое впечатление, не то которое ожидал. Вместо того чтобы растечься в улыбке и начать кокетничать, она замерла и тихо прошипела себе под нос что-то непонятное, но по звучанию очень похожее на «да, *ляяя».
— Помешал? — уходить не собираюсь, она меня заинтересовала таким «теплым приёмом». Интересно, что за цаца у нас тут завелась.
Она перестает делать ксерокопии, неторопясь складывает все бумаги ровной стопочкой. При этом даже не смотрит в мою сторону, будто нет меня здесь.
И это раздражает. Теперь уже из принципа не ухожу, продолжая стоять у нее над душой.