"Потому что мне неприятно было смотреть на тебя с Сергеем. Потому что ты ушла тогда к нему, бросив меня", - хотел сказать Павел, но не сказал. Даже мысленно. По крайней мере, нейросеть эти его слова не озвучила.
- Я просто думал, ты вместе с Сергеем, не хотел вмешиваться в ваши отношения, - на ходу сымпровизировал юноша.
- Что настолько не хотел вмешиваться, что слова нельзя сказать? - обиженно спросила она.
- Ну, я вообще человек неразговорчивый, - подумав, нашёлся он с ответом.
- Дурак! - коротко заключила Жанна. Павел ничего не сказал.
Жанна помолчала немного, возможно, ожидая его ответа, но, ничего не дождавшись, разорвала сеанс.
Павел полежал ещё немного, потом решительно поднялся с постели и начал выполнять привычный комплекс упражнений. Без двойной силы тяжести нагрузка, конечно, не та, но хоть что-то.
А ближе к полудню его вызвала Милу. Назревал новый срочный заказ.
До Хальголаа добрались обычным порядком, через врата. Загрузили попутный груз, - партию чего-то взрывающегося и стреляющего. Чего именно, Павел даже не удосужился узнать. Немедленно по прибытии сдали содержимое трюма на руки представителю логистической компании, заказавшей перевозку, и забыли про него. Милу, - в этот полёт она снова сопровождала своего пилота, - опять ушла куда-то, повелев юноше оставаться на борту и ждать. Тот не расстроился, парню было чем заняться в одиночестве. Конечно же, самообразованием! У него имелось три базы второго уровня неизученных.
Кстати, Павел вчера с удивлением узнал, что государство всячески поддерживает у своих пилотов тягу к знаниям. Ещё бы, ведь, если что, их можно будет мобилизовать, уже обученных, в Имперский Флот! За каждый подтверждённый экзаменом и сертификатом уровень выученных баз полагались различные бонусы, скидки, налоговые преференции. К примеру, если юноша в будущем вздумает покупать собственный космический корабль в кредит, то ему придётся платить банку меньше процентов, - часть выплат возьмёт на себя Империя. И с каждым полученным сертификатом эта часть станет более весомой.
Вернулась Милу часа через четыре. От неё пахло точно так же, как и после прошлой отлучки, но мутило, на сей раз, гораздо сильнее. На ногах его нанимательница уже не стояла, говорила с трудом. Павлу пришлось нести её до каюты на руках. Потом Милу долго не могла связаться с искином корабля, чтобы подтвердить приказ открыть дверь своей каюты. Другого способа попасть туда не существовало. Наконец, замок открылся, и юноша занёс женщину внутрь.
Хотел положить её на кровать и уйти, но не тут-то было. Милу вцепилась в рукав юноши мёртвой хваткой и не отпускала. Шептала что-то на незнакомом языке, в её голосе слышался невообразимый ужас, широко раскрытые глаза невидяще глядели куда-то вдаль.