При условии, что архи догадывались о том, куда с помощью этой аномалии можно попасть. Удивительно, кстати, а откуда наши доблестные разведчики узнали о её существовании?
- Ну что ж, неизвестно, поставили ли паучки здесь пост, но эфир чист и активного радарного облучения также не фиксируется, - констатировал пилот. - Кораблей тоже не видать и не слыхать.
- Это радует, - признала Милу и потом внезапно без всякой видимой связи спросила: - Скажи, Павел, ты не боишься смерти?
- Нет, не боюсь, - просто, без рисовки ответил парень.
Это было правдой, но не всей правдой. Он в самом деле не боялся смерти, но не по причине какой-то особой храбрости. Юноша просто не мог представить себе, что он может однажды умереть. Кроме того, немалую толику уверенности в этом вопросе парню придавал его дар предвидения. Во время схватки с людьми Маренциу на Рамуге он получал смертельные ранения трижды, и каждый раз неведомая сила возвращала его назад, чтобы получить возможность всё исправить. Неизвестно, сработает ли это, если его корабль атакует самонаводящаяся ракета, но что-то подсказывало юноше: сработает.
- Ты мой защитник, - улыбнулась Милу, вставая с кресла. - И мой талисман. Когда ты рядом, я ничего не боюсь.
По какой-то случайности получилось так, что в тот же самый миг со своего места начал вставать и Павел. А поскольку их кресла во время предыдущего краткого диалога были развёрнуты друг другу, то посередине парень со своей нанимательницей неизбежно столкнулись. Чтобы уберечь начальницу от падения, да и самому не потерять равновесие, юноша быстро схватил её, обняв за плечи. Извинившись, уже собрался было выпустить, но женщина вдруг сама обхватила его за бока, прижавшись вплотную.
Милу была чуть выше парня ростом, даже без учёта туфель на высоком каблуке, а сейчас его подбородок и вовсе упёрся ей в ямочку ниже ключицы. Стоять так оказалось довольно неудобно, но освобождаться от её объятий Павлу не хотелось. Милу тоже как-то затихла в этой не совсем естественной позе. И только когда ладонь юноши крадучись заскользила вниз вдоль её спины, она тихим голосом попросила:
- Давай не будем портить такой миг? - и, помолчав, с лёгкой усмешкой добавила: - Я не могу не слышать твои пошлые желания, но хотя бы рукам волю не давай! Хорошо?
- В обмен на поцелуй, - предъявил парень ультиматум, задрав голову и посмотрев ей в глаза.
- Договорились, - загадочно улыбаясь, ответила женщина и прильнула к его губам. Спустя бесконечно долгую минуту она отстранилась и запечатала его уста кончиком указательного пальца. - Молчи!
И стремительно вышла из рубки.
Подождав несколько минут (в радиоэфире по-прежнему не прослушивалось никаких признаков присутствия кого бы то ни было в системе), Павел вышел следом.