Их облицевали заново отделочным камнем и панелями из ценных пород дерева, починили проходящую под полом систему труб, через которые прогонялся нагретый воздух от печей в подвале, запустили миниатюрные фонтанчики по углам (теперь хоть руки есть, где сполоснуть), побелили потолки, украсили гобеленами стены, набрали заново витражи в окнах. Заодно притащили мебель. В комнаты Павла, равно как и в некоторые другие залы - экспроприированную из замка местного "короля", для правительницы же всё срочно изготовили под заказ столичные мастера.
Частично готовыми также можно было признать тронный и малый обеденный залы. В малом обеденном вообще только люстру повесить осталось. Узнав от Милу, что та скоро возвращается, Павел велел срочно ускорить этот процесс, забив на всё остальное. В тронном же зале успели отделать только потолок и пол. Ну и сам трон с постаментом. Проникающий сквозь широкие незастеклённые окна ветер вихрями гонял пыль по свежеуложенным мраморным плитам между голыми стенами, которые лишь только начали облицовывать. Колонны стояли голые (их позже намеревались покрыть резьбой), торжественных вымпелов нет, красивых статуй нет, деревянных панелей и гобеленов тоже нет. Стыдобище, а не тронный зал.
В другие же помещения дворца пока даже заходить было страшно.
Зато остальные должностные лица зря времени не теряли. К примеру, Предводитель Воинского Разряда (министр обороны по-здешнему) за те две недели, что королева отсутствовала, успел набрать ещё десять тысяч рекрутов в королевское войско. Обмундировал их и устроил в спешно сооружённых казармах. И даже начал преподавать основы строевой подготовки. Так что возвращающуюся королеву вся эта военизированная толпа встречала, выстроившись в идеально ровные колонны по краям ведущих к дворцу улиц. Заодно оберегая правительницу от толпы настоящей - встречать Милу собралась вся столица.
Королева ехала во главе своей армии верхом, улыбалась подданным, гвардейцы за её спиной швыряли в толпу горожан мелкие монетки. Горожане в долгу не оставались, и в государыню летели зёрнышки злаков и лепестки цветов. Градоначальник, который всё это организовал, ехал рядом с правительницей, пыжась от важности. Под мышкой он сжимал обширный доклад с отчётом о жизни города и своими предложениями по её, этой жизни, улучшениям. Свои доклады принесли в клювике и другие чиновники всех мастей.
Павел всё время торжественного марша благополучно продрых в своей спальне. На церемонию его никто не позвал, лишив возможности показаться на людях рядом с королевой и опустив, таким образом, в неофициальной придворной иерархии ниже плинтуса. Парню на это было плевать.