Безуспешно, по причине применения юношей компактного химического анализатора, настроенного на поиск отравляющих веществ. Два состава поваров переселились в темницу, а Лорд Столицы переехал трапезничать в дом другого горожанина. Начальник охраны порывался схватить и хозяина старого дома, но Павел запретил. Милу, уезжая, попросила не портить отношения с богатыми людьми незнатного происхождения. Именно в них, а не в старой знати она видела будущую опору своего трона.
Помилованный купчина, по совместительству градоначальник (а кому ещё иметь такой большой дом?) ползал перед Лордом-С-Неба на коленях, плача и целуя в порыве благодарности руки. На пальцах юноши после этой процедуры прибавилось массивных перстней с драгоценными камнями. Парень заверил несчастного в отсутствии в отношении последнего дурных намерений и пообещал лично разобраться в степени виновности арестованных поваров, и потом вернуть невинных на волю.
А вот перстни отдал обратно, чем несказанно всех удивил. Не объяснять же им, что с помощью ремонтного робота на борту "Милу" он сможет за день понаделать таких же пару мешков, было бы достаточное количество драгметаллов в качестве материала. Определённые сложности возникли бы только с синтезом искусственных драгоценных камней подобного размера.
Дальше - веселее. Поняв к исходу первой недели, что попытки физического устранения не срабатывают, большие шишки местной политики решили задобрить Павла. Или скомпрометировать? В общем, вокруг парня начали увиваться тучи девиц. Они и раньше это делали, но не в таких количествах, и как-то несмело. Среди этой толпы были и молодые дочери других лордов, и их почтенные жёны, и какие-то авантюристки не совсем благородного происхождения, и просто смазливые служаночки. Юношу эти заигрывания в основном забавляли. Для достижения сколько-либо серьёзного результата дамочкам неплохо было бы начать мыться несколько чаще, чем раз в месяц, но говорить им это вслух Павел не стал.
Одновременно с этим к Лорду Столицы начали подходить Очень-Серьёзные-Люди и предлагать свою дружбу, а также все блага мира. Нужно было только решить один вопрос в их пользу. Или посодействовать тому, чтобы его решила королева. Павел обворожительно улыбался и соглашался на все предложения (почти всегда противоречащие друг другу), но сетовал, что королева нынче далеко, и поговорить с ней он не может, а сам он такие вопросы решать пока не уполномочен. И то, и другое, к слову, было неправдой.
