Автор
В подвале скрываются необычные встречи и тайны. Сводная сестра для мажора — это место, где красота и глубокие умственные вдохновения встречаются. Здесь музыка и обаяние несут в себе больше чем просто развлечение, они пробуждают дремлющие эмоции и мысли.
Я как маньячка жадно слежу за каждым его движением. Вглядываюсь в лицо, пытаясь разобраться в его эмоциях.
Он правда хотел меня поцеловать? Или это был такой широкий жест? Акт милосердия и всё же жалости?
Миша успел расположиться на кухне, поставив на столешницу острова ноутбуки. Смотрит в них по очереди, что-то клацая по клавишам и оборачивается ко мне. Его лицо кирпичом, как обычно, ничего не выражает! Можно лишь догадываться, какие мысли блуждают в его голове.
— Только я видел, Кать, — серьёзно произносит Миша, — и мне не понравилось то, что я успел рассмотреть.
Сжимаю кулаки, смотря на Чернова с вызовом. Только он умеет довести меня до точки кипения за секунду! Не понравилось ему! Он любит более плавные изгибы? А я в некоторых местах угловатая и на топ-модель явно не тяну.
— Ну уж простите, что силикон себе никуда не закачала! — фыркаю.
— Ты о чём? Глаза у тебя там стеклянные, смеёшься неестественно… — задумчиво тянет Миша и смотрит на меня поверх ноутбука. — Грязные подробности — это именно то, что я хочу. Кто это снял? Ты была под кайфом? Ты поэтому уехала из города? Твой батя тебе всыпал? Он вообще хоть что-то сделал?
— Сделал, — вздохнув, запускаю руки в волосы и несколько раз пропускаю их сквозь пальцы. — Он поговорил с Глебом. Ну… с тем, кто был оператором этого фильма для взрослых. Тот ничего слушать не захотел, только посмеялся над моим отцом. Он предлагал ему деньги за это видео. Хотел выкупить оригинал, хотя оно и так уже распространилось везде. Только у семьи Глеба их и так в избытке. Отец нанял людей, и видео подчистили, насколько смогли.
— Это твой бывший тебе его прислал? Зачем он это делает? У вас ещё есть такие видео? Ну, знаешь, некоторые пары так развлекаются.
— Что? Нет! — вскрикиваю возмущенно. — Наоборот… не было у нас ничего! Да и откуда мне знать зачем? Нравится, наверное, ему доводить меня. Как и тебе!
Чернов хмыкает и продолжает сверлить меня внимательным взглядом. Словно хочет понять, вру я ему или нет. Мне хочется закатить глаза и уйти в свою комнату. Закрыться на замок и, возможно, пореветь, а не рассказывать и переживать унижение заново.
Он думает, это так легко? Открываться ему? Он мне даже не друг. Он… я не знаю, кто он мне.
Пауза затягивается.
Миша заглядывает в пакет с продуктами, который я принесла ранее, и кривится, вскидывая на меня глаза:
— Опять овсянка? Ты издеваешься? У нас её и так запас на маленькую голодную африканскую деревню.
