Автор
В подвале скрываются необычные встречи и тайны. Сводная сестра для мажора — это место, где красота и глубокие умственные вдохновения встречаются. Здесь музыка и обаяние несут в себе больше чем просто развлечение, они пробуждают дремлющие эмоции и мысли.
— Мать мою тоже лупишь? Если узнаю, сука, не буду делать скидку на возраст…
— Пусти, щенок!
Отец пытается стряхнуть с себя чужие руки, неуклюже барахтаясь. Папа крупный мужчина, но сила и возраст на стороне Чернова. А ещё, видимо, злость, или какие его там питают эмоции. Адреналин? Страх?
Он переживает за меня? За свою пользованную игрушку?
Чернов наконец отпускает отца и пихает его вперёд, подталкивая к выходу. Но папа, наверное, совсем больной, потому что вдруг замахивается и идёт прямо на Мишу!
Я кричу! Мама кричит! Чернов сыплет проклятиями, а отец тихо постанывает, свалившись кучей к дверцам шкафа.
Это какой-то сюр и кошмар.
Моя комната вдруг становится слишком тесной. Слишком много людей, криков, шума.
Я инстинктивно тянусь к Мише, но он, словно почувствовав движение у себя за спиной, останавливает меня, выбросив в мою сторону ладонь.
— Я полицию вызову! — вклинивается мама и берёт меня за руку пытаясь увести. — Идём, Катя! В машину быстро!
— Вы никуда не пойдёте.
Хватает отца за свитер и неделикатно поднимает на ноги. От нецензурной лексики, летящей со всех сторон, уши сворачиваются в трубочку. Лицо пылает. Не думала я, что всё будет так! Нужно было остаться у Альберто. Но так хотелось к маме, в свой дом, в свою комнату. В безопасность.
Страшно — бояться собственного родителя и убегать от него.
По телу проходит дрожь.
— Мы уходим, — повторяет Чернов и смотрит прямо на меня, прожигая тяжёлым взглядом. — Но я вернусь. Откроешь мне? Поговорить надо.
— Молодой человек, шли бы вы… — начинает мама, но я дергаю её за рукав, безмолвно прошу остановиться.
Киваю, глядя Мише в глаза. Киваю несколько раз, быстро-быстро, как болванчик.
Наконец он выталкивает за дверь моего отца и скрывается следом.
Натягиваю рукава кофты и зажимаю ткань пальцами. Падаю на постель и подтягиваю к себе колени, опуская на них подбородок… Невидящим взглядом обвожу свою детскую комнату и ничего не понимаю.
— Катя, — мягко зовёт мама и касается моих волос пальцами. Гладит и успокаивает. Голос её дрожит, как и руки. Тоже испугалась. — Я не знала, что он приедет. Думала, это пицца. Дочь, я бы никогда его не пустила. Чудовище. Монстр. Гнида. Я бы его убила, если бы он тебя тронул. Давай уедем.
