Автор
Юля стоит перед зеркалом, башку скрестила и не может произнести ни слова. Только не отцу. Его ярко-зелёные глаза уже смотрят ей в спину, требуя ответов на невысказанные вопросы о её выборе вечерней рубашки. Это важный вечер для него, а Юля чувствует себя как звенящая тарелка в его замкнутом мирке, несвойственный этому стилю и обстановке....
— Почему этот Розенберг постоянно портит мне настроение?
Тяжело вздыхаю.
— К сожалению, хороших новостей нет. Мне запрещено покидать Академию до истечения карантина.
— Еще две недели?!
— Увы, да.
Кай снова барабанит пальцами, а потом кивает.
— Что-то такое я и предполагал. Так… А ну повиси минуточку.
Слышу, как он закрепляет телефон и принимается стучать пальцами по клавиатуре. Очень быстро.
— Какой у тебя номер комнаты?
— Двадцать третья. А ты не хочешь рассказать, что ты делаешь?
— Смотрю план здания и пытаюсь понять, как попасть к тебе.
— Я не ослышалась? Ты хочешь попасть ко мне в спальню?
— Говори все-таки тише, ладно? — улыбается он.
Я оглядываю столовую, не веря в то, что слышу.
— Но как, Кай?
— А как ты попала на чердак? Точно так же. Просто мне надо знать, куда идти.
— Я могу провести.
— Это опасно. Пусть меня застукают одного, чем я сдам заодно и тебя, — он снова смотрит мимо камеры телефона, в экран компьютера.
— И как ты пытаешься понять, куда идти?
— Гружу чертежи твоей Академии. О, наконец-то… Итак, я спускаюсь по лестнице с чердака, а потом мне нужно попасть в твое спальное крыло… Какой самый короткий и безопасный путь? — перевод стальной взгляд в камеру.
— А откуда ты взял чертежи Академии? Разве они есть в свободном доступе?
Снисходительно улыбается.
— Ну, Юль. А как я взломал фэйсбук твоей подруги? Или перевел деньги с карты Розенберга? Именно за это мне и платит Бестужев, чтобы я находил дыры в безопасности.
— Но только в моем отеле, а не в Академии Балета! — вдруг раздается резкое.
Кай аж бледнеет.
Вскакивает из-за стола и опрокидывает телефон экраном вниз. Хоть я ничего и не вижу, мне прекрасно слышно, как его отчитывает босс, Марк Бестужев.
— Сейчас обеденный перерыв! — говорит Кай.
— Только это тебя и спасает. С кем говоришь?
— С девушкой.
Я не знаю, этого человека, но почему-то уверена, что в этот момент он вскидывает бровь точно так же, как мой отец, когда я пытаюсь провести его, но все сшито белыми нитками.
— Твоей девушкой? — подчеркивает голосом Бестужев.
Жутко интересно, что ответит Кай.
Ведь я так и не дала свой ответ, но, конечно, его босс не знает об этом. А сам Кай обещал больше не врать.
— Она еще не решила, хочет ли она быть моей девушкой, — ворчит Кай. — Сказала, что подумает.
