Автор
Ника поднимается на пятый этаж старого общежития, где запах сырых полов омрачает воздух. Она бросает сумки и сразу же чувствует потребность в одиночестве — поплакать, обняться и укрыться в прохладной комнате. Жизнь кажется безнадежно сложной задачей для нее, а верить кому-то — еще большей ошибкой....
— Как хорошо... Мне так хорошо! — даже расплакалась.
— Теперь дай сюда свои пальчики. Сожми мой...
Егор быстро стянул брюки, опустив немного трусы, требовательно сжал мои пальцы, обернув их своими, задвигал по члену. Он до сих пор был сверху, мы продолжали целоваться и стонали, звали друг друга по имени, захлёбывались восторгом.
— Давай, давай... Быстрее! — попросил он.
Пальцы Егора бесцеремонно толкнулись внутрь меня, сразу два длинных пальца. Он начал двигать ими, хлюпая и разбрызгивая соки. Влажные шлепки звучали фоном для его стонов.
Я решила отблагодарить Егора за взрывоопасный оргазм, перевернулась на живот и подползла к нему ближе. Он сразу сообразил, что я задумала, поэтому поднялся с кровати, снял с себя рубашку, сдернул до конца брюки с боксерами. Я ахаю, когда передо мной, как чёрт из табакерки, подпрыгивает его змей-искуситель в полной боевой готовности. Во рту уже скапливается сладкая слюна, а я лишь слежу, как головка качается из стороны в стороны, как маятник.
— Ник, не дразни взглядом, я уже на грани, — и я наконец-то берусь за желанную игрушку.
— Мне кажется, я уже всё забыла... — Егор стискивает зубы, наклоняется так, что накрыть тенью ладони мой зад.
— Тогда тебе срочно надо напомнить, как доставлять мне удовольствие.
— Только тебе? — спросила, игриво трогая язычком головку.
— Только мне, — подтягивает к члену, так что я сразу обхватываю кончик члена губами.
Втягиваю головку глубже, обворачиваю языком, слышу гортанный стон и вибрацию. Они передаются мне, они растворяют меня в похоти. Вкусно, чёрт возьми. Его запах заполняет рецепторы, его прикосновения, как ожоги. Он наклоняется, так, что член заполняет всё пространство внутри моего рта. Я мычу в его эрекцию, втягивая щёки, создавая вакуум, которому он меня учил когда-то. Стараюсь дышать носом, но слюней уже столько, что я просто задыхаюсь.
Егор отводит назад бедра, но только чтобы я вдохнула воздуха. Потом начинает скользить внутри так, как хочется ему. Сначала медленно, цепляясь за язык, который задевает пульсирующие вены.
— Егоррр... — меня переполняло желание, что истекало из меня обильной смазкой.
— Малышка, вытащи язык и расслабь горло, потерпи немного, — командует он, а я подчиняюсь. Да и не может быть иначе. Я пластилин в его руках, пусть лепит что хочет.
