Автор
Ника поднимается на пятый этаж старого общежития, где запах сырых полов омрачает воздух. Она бросает сумки и сразу же чувствует потребность в одиночестве — поплакать, обняться и укрыться в прохладной комнате. Жизнь кажется безнадежно сложной задачей для нее, а верить кому-то — еще большей ошибкой....
Я всегда знала, что легко нахожу с людьми общий язык. С Людой и тёть Таней легко было общаться, как будто давно знакомы.
Почувствовала легкое головокружение и тошноту, всё таки, вторые сутки без сна, ещё и сотрясение.
Попыталась ухватиться за стену, чтоб не упасть.
— Так моя хорошая, так дело не пойдёт, — возмутилась Люда. — Иди к нам, ложись поспи, пока дети в школе. Мы тут пока всё вымоем.
— Я в порядке, давайте мыть, — дёрнулась к инвентарю."
"Не успела сделать шаг, как в глазах потемнело и резко накатила тошнота.
Умылась и вернулась в комнату.
— Теперь поняла, что ты не работник, марш к нам отдыхать! Ваня, покажи там всё.
Иван проводил меня в свою квартиру. Да, по сути это была небольшая двухкомнатная квартира. Две небольшие комнаты совмещены, проёмом в стене. В квартире была отведена зона под кухню, было очень уютно и приятно пахло выпечкой, как в моем любимом кафе, куда мы любили ходить с Егором по выходным.
Я себя одёрнула… нельзя думать о Егоре… Егор мой брат!… родной брат!… нам нельзя быть вместе… нельзя!
Иван показал, где я могу лечь, выдал плед, чтоб можно было укрыться. Вышел, оставив меня наедине с мыслями, которые меня поедали изнутри от боли и тоски по любимому человеку, которого мне нельзя любить.
Всё таки усталость даёт о себе знать, не заметила, как провалилась в сон.
Глава 8
Спала около трёх часов. Проснулась от того, что в соседней комнате разговаривали дети.
Войдя в комнату была приятно удивлена, комната преобразилась, сияла чистотой, в интерьере добавился старый журнальный столик, картина на стене, электрический чайник, немного посуды.
Татьяна увидев меня, заулыбалась.
— Принимай работу. Вещи в шкаф сама разложишь. Мы тут принесли кое-что из своего, нам не нужно, а тебе пригодится.
— С диваном не знаю, что делать, он в ужасном состоянии, натерпелся, пока комната посуточно сдавалась, — сказала Люда.
— Я понимаю, поэтому и купила раскладушку.
У Людмилы зазвонил телефон. Она посмотрела на меня, я поняла, что звонили из поликлиники. Она вышла чтоб ответить, её не было минут пять. Когда зашла, я сразу заметила, что лицо помрачнело. Даже немного испугалась, что такого сказали Людмиле, что она так изменилась в лице.
— Ваня иди к детям, Таня спасибо за помощь, я потом к тебе забегу. — Люда попросила всех выйти.
