Автор
Ника поднимается на пятый этаж старого общежития, где запах сырых полов омрачает воздух. Она бросает сумки и сразу же чувствует потребность в одиночестве — поплакать, обняться и укрыться в прохладной комнате. Жизнь кажется безнадежно сложной задачей для нее, а верить кому-то — еще большей ошибкой....
Слюни и слёзы бежали по подбородку, постепенно мне стало нравится, что делает со мной Егор. Я чувствовала над ним какую-то власть, ведь это я доставляю ему такое удовольствие.
— Опусти руку между своих ножек, почувствуй какая ты мокрая, поласкай себя. Тебе нравится, как я имею твой миленький ротик?
Егор в сексе был такой пошлый, раньше я даже не подозревала, что он может быть таким и мне это в нем чертовски нравится. Я ещё больше от этого возбуждаюсь.
— Нравится же? Я чувствую, как ты кайфуешь, грязная девчонка.
Я опустила руку между ног, дотронулась до клитора, по телу прошёл электрический разряд, я начала почувствовала тяжесть внизу живота и приближение оргазма. Боже, как приятно, это не вероятное чувство.
Член во рту стал твёрже, как сталь. Я поняла, что Егор близок к финалу.
— Я скоро... Давай со мной. Кончай для меня, кончай!
Я ещё раз провела пальцем по клитору, почувствовав взрыв, в глазах потемнело. Мне показалось, что я на время потерялась.
Егор начал кончать, рот наполнился спермой, я начала глотать, захлёбываясь. Спермы было очень много, часть удалось проглотить, а часть стекала по подбородку, шее, груди. Он переслал двигаться, вытащил член, потом размазал сперму по лицу, груди, животу.
— Какая красота, видеть тебя измазанную в моей сперме. Я тебя заклеймил, теперь ты навсегда моя. Моя девочка, люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, Егор. Меня и клеймить не надо, я итак навсегда твоя.
Егор наклонился и нежно поцеловал меня.
— Ника, я хочу, чтоб ты знала, я никогда тебя не предам и не обижу. Ты не разочаруешься во мне и не пожалеешь ни на секунду, что согласилась стать мой женой.
От таких откровений, у меня на глазах навернулись слёзы.
— Я так счастлива, ты себе не представляешь — обняла его, прижавшись ближе — Я очень боюсь, что родители будут против нашей свадьбы, всё таки, мы хоть и не родные, но брат и сестра. Я так боюсь, что нам помешают быть счастливыми. Я очень боюсь — положила голову на плечу, всхлипнув.
— Ну, что ты, родная, родители нас поймут, они у нас мировые. Сначала поговорю с отцом, а потом признаёмся маме и сестрёнку порадуем.
Тогда мы уснули почти под утро, долго разговаривали, занимались сексом, пошли мыться в душ, но мытьём разумеется всё не обошлось.
Вспоминая нашу жаркую ночь, я опять возбудилась, легла на спину, согнула ноги в коленях и запустила руку в трусики, только хотела себя приласкать, как раздался звонок на телефон.
