О чём книга «Сводные поневоле»
После смерти отца опекуном Евы становится сводный брат, решивший выдать её замуж за своего партнёра. Но внезапный поцелуй с Никасом разрушает все планы и втягивает героиню в опасный водоворот страсти и предательства.

Автор
После смерти отца опекуном Евы становится сводный брат, решивший выдать её замуж за своего партнёра. Но внезапный поцелуй с Никасом разрушает все планы и втягивает героиню в опасный водоворот страсти и предательства.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сводные поневоле» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
После смерти отца опекуном Евы становится сводный брат, решивший выдать её замуж за своего партнёра. Но внезапный поцелуй с Никасом разрушает все планы и втягивает героиню в опасный водоворот страсти и предательства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дина Данич Легкое чтение Любовные романы Короткие любовные романы подборки серии
После смерти отца опекуном Евы становится сводный брат, решивший выдать её замуж за своего партнёра. Но внезапный поцелуй с Никасом разрушает все планы и втягивает героиню в опасный водоворот страсти и предательства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А я вот снова и снова возвращалась мыслями к Кате. За всеми событиями я как-то упустила из виду, что она куда-то пропала. Больше я ее не видела у нас дома, в гостиной не натыкалась на ее брошенные вещи, а в столовой больше не витал приторный запах ее духов.
Неужели между ними было все кончено?
Было как минимум любопытно. Но спрашивать в лоб я постеснялась. Да и не разговаривал со мной брат. Словно мы опять вернулись к прошлым отношениям.
— Как все будет происходить? — не выдержала я повисшего молчания.
— Ничего особенного. Алексей Викторович зачитает завещание, и, в общем-то, все. Если отец оставлял какие-то дополнительные распоряжения, то озвучит и их, — ответил Ник, едва повернувшись в мою сторону.
— Ясно.
Вот и поговорили. Замечательно. Если он таким образом демонстрировал мне свою обиду, то это низко. Давить на мое чувство вины, вынуждая изменить решение.
Еще вчера Лея как-то не поверила, что Никас и правда отпустит меня. Так и сказала, что наверняка попробует снова манипулировать мой. Я стала защищать его, но вот сейчас начала сомневаться — а вдруг она была права?
Больше мы не разговаривали. Только у дверей кабинета адвоката Никас открыл мне дверь и сказал:
— Заходи.
Нас встретил Алексей Викторович. Он сидел за столом и тут же встал, стоило нам войти.
— Добрый день! Никас, Ева. Рад видеть. Жаль, что повод такой печальный. Мои соболезнования.
— Здравствуйте, — кивнула я. — Спасибо.
Ник обменялся с ним рукопожатием, и мы расселись по местам. Я думала, Никас сядет напротив, но он выбрал стул рядом. И, надо сказать, это обнадежило меня.
— Что ж, — продолжил адвокат. — Пожалуй, начнем. Много времени это не займет.
Пока он зачитывал завещание, я украдкой разглядывала брата. Почему-то его отстраненность теперь воспринималась особенно остро. Раньше я не понимала причин этого. Но теперь, после всех эмоций, срывов, всплесков… Мне было неуютно с таким Ником.
Отец, оказывается, оставил свой бизнес и активы нам обоим. В равных долях. Это меня искренне удивило. Особенно после всего, что я узнала. Неужели и правда он меня любил?
— Однако это еще не все, — добавил в конце Алексей Викторович. — Еще Антоний оставил кое-что для вас, Никас.
Он передал брату небольшой конверт.
— Спасибо, — ответил он, забрав документ и убрав во внутренний карман пиджака. — Это все? Осталась формальная сторона?
— Да, нужно будет подписать бумаги о…
Договорить мужчина не смог — дверь резко открылась, и на пороге появился незнакомец.
— Здесь происходит оглашение завещания господина Адамиди? — нагло поинтересовался он, бегло осмотрев нас.
— А вы, собственно, кто? — хмуро поинтересовался адвокат.