Автор
Встретившись в жестокой буре недовольства и непонимания, два взрослых человека оказались в невиданных ситуациях. Ужасающая правда пытается вырваться из толщи обстоятельств, несмотря ни на что — и только укрепляет их связь в самой запутанной истории о непреодолимых взглядах и последовательных шагах....
Я еще более изумилась его предложению, и теперь наверняка глаза у меня стали просто огромными.
— Позировать?
— А что? Ты стесняешься?
Учитывая, что на холсте я была… хм… в весьма пикантном образе, да, я стеснялась. И просто не представляла, что могу лежать едва прикрытая легкой тканью, а в это время Виктор будет смотреть на меня и заканчивать картину.
— Возможно.
— Зря. Ты очень красивая, Ева.
Я покраснела, смутившись еще сильнее. Наверное, новый ухажер сейчас — последнее, что мне было нужно. Но, черт, как же все-таки было приятно.
— Спасибо, — с трудом выдавила я.
— Так что насчет моего предложения?
— Я, пожалуй, не готова, — все же отказалась я.
— А жаль. Но я подожду — вдруг ты передумаешь, — хитро подмигнул мне он.
— Ты так в этом уверен?
— Почему нет? Ты ведь сейчас здесь, со мной.
— Рассчитываешь переубедить меня стать моделью?
— Почему нет? — повторил он.
— Мне кажется, ты отлично справился и без меня.
И я не лукавила — сходство и правда было потрясающим. Конечно, работы над картиной предстояло еще много, но уже сейчас было видно, что результат будет потрясающим. И это льстило, что Виктор в качестве модели выбрал именно меня.
Возможно, дело было в его открытости. Он не юлил, не изворачивался, не пытался казаться лучше, чем он есть.
— Потому что ты меня вдохновила.
— Это, конечно, льстит, но не надо. Хватит, — попросила я, чувствуя, что щеки просто горят от смущения.
— Ладно.
И в этот момент все очарование нашей прогулки пропало. Потому что я бросила рисование после смерти мамы. Не смогла. Только изредка брала в руки карандаш и делала небольшие наброски. Когда становилось слишком тоскливо.
— Я не… больше не пишу.
— Извини. Не знал. Думал, что…
— Что раз я зашла в магазин, то художник? — Я качнула головой и отвернулась. Не сразу, но я все же продолжила. Сама не знала почему, но хотелось поделиться именно с ним: — Мы с мамой часто ходили туда.
— Больше не ходите?
— Она… Мамы не стало. Несколько лет назад.
— Мне жаль, — тихо произнес Витя и осторожно взял за руку. — Прости, мне не стоило спрашивать.
— Ты же не знал, — грустно улыбнулась я.
— У вас были хорошие отношения? — аккуратно спросил парень. А затем исправился: — Извини, если я лезу, куда не стоит.
— Очень. Очень хорошие отношения, — вздохнула я. Сама не знала, почему все же стала отвечать ему.
