Автор
В холодной комнате, сквозь пронзительный свет лампы, Эля дрожит от негодования. Ее мать смотрит на неё упрекливыми глазами, словно обвиняя за то, что она позволила себе пренебречь своими правилами. Эльвира выходит из постели и прячется под одеялом, закрыв лицо руками, пытаясь затушить горькую боль....
Нормально – это не дерясь и не выясняя отношений. Уверен, мы еще поржем, когда выяснится, что мы себя дико накрутили.
– Как мы это выясним?? Спросим в лоб? Ничто не помешает им солгать нам.
Она вот-вот скатится в истерику. Не могу этого допустить.
– Есть выход. Давай сдадим анализ на родство? Если ты дочь отца, что МАЛОВЕРОЯТНО, значит, у нас будет схожее ДНК.
– Мне страшно. А ты еще в меня без презерватива… – толкает меня в плечо.
– С одного раза ничего не будет.
– Вот поэтому на Земле живёт 7.8 лярдов людей, – умничает Элька.
– Не похоть, а любовь, – вношу ясность. – Иди сюда, ко мне.
– Никакого секса, пока анализ не покажет, что мы не родственники, – отвечает угрюмо.
– Мы ведь всё равно уже «согрешили», – хватаю её и укладываю на себя. Между нашими телами располагается мой подрагивающий твердый член.
– Он дырку мне щас в животе проделает, – жалуется Эля и ерзает.
– Тогда оседлай меня, госпожа.
– Чё?
– Хочу тебя сверху.
– Артем, нет.
– Да замолчи уже со своим анализом! Всё, выкинь из головы эту дурную идею, что мы тут … фантазировали.
– Как ты можешь… – с упреком.
– А вот и могу.
– Вообще, это ты первый сказал…
– Хватит уже.
Опрокидываю её на спину и впиваюсь ртом в нежнейшую кожу. Ааа, какая же она… сладкая. Вкуснее любой еды."
"Я тоже очкую по поводу предполагаемого родства, но отказываться от этого шикарного тела не намерен. Сегодня уж точно! Мы себя накрутили, по-любому. Судьба не может быть такой жестокой, чтобы я полюбил свою сестру.
– Ты моя киска… – шепчу ей. – Скажи: мяу.
– Отвали.
– Ну, скажи… – ловлю сосок и слегка покусываю его.
– Допустим, мяу, – проводит ногтями по моей спине. Не до порезов, а нежненько – до мурашек.
– Ррр, стервочка. У тебя такая попка классная, – сжимаю одну половинку. – Так и сожрал бы… тебя всю.
По телу пробегает дрожь. Негромко включаю на телефоне звуковую дорожку, что-то очень лирическое, и зависаю от резкого прилива счастья.
– Гаденыш.
– Я же тебе комплимент сделал, а ты меня оскорбляешь, – в шутку обижаюсь.
– Гаденыш тоже комплимент.
– Так всё, разговорилась мне тут, – запечатываю ее рот поцелуем.
– Змеевский, не надо. Мне страшно.
– Мне тоже, – говорю ей в губы. – Но страшнее всего тебя потерять.
В ней прекрасно всё: легкий розовый румянец, выразительные умные глаза и чувственные пухлые губы. Другие девушки по сравнению с ней выглядят вычурными и напыщенными.
