Автор
Несмотря на кажущуюся простоту фундамента семейного счастья, многие оказываются в изнеможении, когда их крепкое убеждение в вечной надежности домашней стабильности внезапно рушится. В этой истории знакомы всем мелочи быта и любовь, но с каждым дрогнувшим звуком разваливающейся конструкции все яснее становится, что настоящая прочность лежит в других местах — вне стен жилища и за пределами привычной жизни....
Обычно все автомобили, приезжающие в Дом с лилиями, останавливались у ворот, а это кто такой решительный, распахнувший эти ворота и подъехавший на своем «Мерседесе» к самому крыльцу?
С водительского сиденья вышел мужчина лет тридцати пяти в дорогой куртке, с букетом роз… пронзительно-алых роз.
Что он здесь делает? К кому он приехал?
В ту же минуту на лестнице раздались шаги Киры, и Егор все понял.
Это за ней приехал незнакомец с розами!
Феликс… Кира вчера назвала его имя – Феликс.
А она уже одета – значит, ждала его.
Кира схватила с вешалки дубленку, замотала шарф. На Егора она даже не глянула.
– Кира, – воскликнул он, подгоняя коляску поближе. – Нам надо поговорить. Так и будешь бегать от меня?
– Да, буду! – выкрикнула она и пробежала мимо, отпихнув коляску с дороги: – Уйди!
– Кира! – с ужасом закричал Егор.
Но она уже захлопнула за собой дверь.
Егор стремительно подъехал к окну.
Да, все так и есть… Феликс подал Кире букет, открыл перед ней дверцу, потом сам сел за руль."
"И «Мерседес» уехал, увозя Киру и того другого – здорового, сильного, богатого, со счастливым именем – Феликс, – которого она нашла себе вместо жалкого калеки, у которого нет ничего, кроме любви.
«Феликс… – подумал Егор. – Феликс, значит! Счастливчик, да? Ну, посмотрим!»
Надо было позвонить, срочно позвонить. Егор огляделся, но телефонный аппарат с длинным проводом кто-то занес на кухню.
Погнал коляску туда, но дверь была слишком узкая, и коляска застряла.
Вот он, телефон, – стоит на краю стола, но отсюда не дотянуться.
Что делать? Если позвать, придут или Таисия Александровна, или Михаил Иванович, помогут ему, но все, хватит, ему больше не нужна была ничья помощь, он все теперь будет делать сам.
Да, вот так – или сейчас и сам, или никогда…
Егор приподнялся, опираясь на ручки коляски, постоял. Приподнял одну ногу, другую. Они приподнимались, но передвигаться не желали. Егор схватился за холодильник, стоявший у двери. Держась за него одной рукой, другой переставил правую ногу, потом, вцепившись в дверь, левую.
Следующей точкой опоры был стол. Егор вцепился в него, потом постарался встать, опираясь только одной рукой.
Удалось!
Тогда он набрал номер, с трудом переводя дух.
– Здравия желаю, товарищ полковник! – сказал он, когда на том конце провода взяли трубку. – Это Егор Ковалев. Я хочу вернуться на службу.
После некоторого молчания Петр Петрович осторожно спросил:
– В каком качестве?
– Неважно.
– Уверен?..
