Автор
И снова в Доме с лилиями разгораются страсти! Только что наладились отношения между Родионом и Лилей, как она влюбляется в актера Германа Арефьева. Запретная любовь принесет бед всем обитателям дома, и им придется разбираться в сложных узлах судьбы, переживая боль и находя радость в...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Свои, родные, наши!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
И снова в Доме с лилиями разгораются страсти! Только что наладились отношения между Родионом и Лилей, как она влюбляется в актера Германа Арефьева. Запретная любовь принесет бед всем обитателям дома, и им придется разбираться в сложных узлах судьбы, переживая боль и находя радость в...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
И снова в Доме с лилиями разгораются страсти! Только что наладились отношения между Родионом и Лилей, как она влюбляется в актера Германа Арефьева. Запретная любовь принесет бед всем обитателям дома, и им придется разбираться в сложных узлах судьбы, переживая боль и находя радость в...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Удобно тебе?
– Удобно! – улыбнулась Кира и умильно попросила: – Дедуль, так вкусно пахнет шашлыком! Дадите попробовать?
По саду и в самом деле разносился умопомрачительный аромат: Константин «наживлял» на шампуры куски мяса и укладывал на самодельный огромный мангал. Куски и шампуры тоже были огромные!
– Я тебе дам – кусочек! – строго сказал Михаил Иванович. Кира была на жесточайшей диете. – Мне за этот кусочек Егорка знаешь что сделает?! Кстати, где он?
– На службе, – вздохнула Кира. – Даже не знаю, радоваться или нет, что он снова в строю.
– Радоваться! – велел Михаил Иванович. – Конечно, радоваться! Вот глупенькая! Ну-ка, дай-ка я… – Он осторожно положил руку на высокий Кирин живот, и она вдруг шепнула доверчиво:
– Боюсь я, дедуля.
– Чего?
– А вдруг что-нибудь не так? Вдруг опять сорвется?
Да, Кира намучилась, Михаил Иванович очень хорошо знал это. Успешной оказалась только третья операция! Что и говорить, вовремя эта добрая душа – Ариша – получила свое наследство!
– Вот глупенькая! – рассердился Михаил Иванович. – Да не сорвется! Перестань! Боится она! – И покачал гамак, будто колыбель, напевая: – Баю-баю-бай!
Кира засмеялась, но страх не ушел из ее глаз. И Михаил Иванович понял, что надо сделать!
– Кирочка, ну-ка подержи! – Отдал ей свою палку, расстегнул ворот и снял с шеи крестик – старенький, медный, на черном шелковом шнурке: – Вот, ну-ка возьми, милая. Это тебе. Ты не смотри, что он такой простенький… Это ведь наша семейная реликвия, получается. Надень-ка. Надень!
Кира послушно надела этот крест поверх того серебряного, который когда-то надела на нее в монастыре матушка Серафима.
Говоров удовлетворенно кивнул: два креста – надежная защита!
– Я по этому крестику Люльку – маму твою – после войны разыскал, – пояснил он. – Тася его носила, а потом я, хоть и не верил, дурак. А ведь он меня сберег! И теперь пусть это будет нашей традицией. Он и тебя сбережет!
– Спасибо, дедуль! – улыбнулась Кира. Ей и в самом деле стало легче!
Послышался автомобильный сигнал: у ворот остановился автомобиль Камышева. Вместе с Родионом Петровичем приехала Катерина с огромным букетом – разумеется, белых лилий.
– Ну, с юбилеем тебя, старина! – крикнул Камышев, глядя на дом, который так много для него значил и где было столько пережито. Достал из багажника коробку с винными бутылками – разумеется, своего производства. В смысле производства возглавляемого им ликероводочного завода. Принюхался к аромату шашлыков: – Чувствуешь, как пахнет? Настоящая баранина!
– Папа, – нервно спросила Катерина, – как я выгляжу!
– Как дочка Камышева! – гордо ответил Родион Петрович, удивляясь, что это Катерина забеспокоилась.
