Сотрудник уголовного розыска Валерий Штукин внедряется в окружение бывшего криминального авторитета, ставшего крупным бизнесменом Юнгеровым. В ответ тот направляет своего подопечного Егора Якушева в милицию. Судьбы двух молодых людей переплетаются в опасной игре между законом и преступным...
Раздел Chitat.online для книги «Свой — чужой» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сотрудник уголовного розыска Валерий Штукин внедряется в окружение бывшего криминального авторитета, ставшего крупным бизнесменом Юнгеровым. В ответ тот направляет своего подопечного Егора Якушева в милицию. Судьбы двух молодых людей переплетаются в опасной игре между законом и преступным...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сотрудник уголовного розыска Валерий Штукин внедряется в окружение бывшего криминального авторитета, ставшего крупным бизнесменом Юнгеровым. В ответ тот направляет своего подопечного Егора Якушева в милицию. Судьбы двух молодых людей переплетаются в опасной игре между законом и преступным...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Пока особо не за что, — поднялся и Обнорский…
…Вечером Ильюхин уже сам перезвонил журналисту и предложил встретиться в том же самом кафе. На этот раз их разговор был гораздо более продолжительным.
Полковник устал, но настроение у него явно изменилось к лучшему. И поздоровался Виталий Петрович с Андреем уже гораздо теплее. Без прежних еле заметных льдинок в голосе. Ильюхин перешел к делу сразу, не дожидаясь даже, пока им принесут кофе:
— Ну что тебе сказать… Господь наверняка был математиком… Этот дедуля — действительно умница. Удивительный человек. В общем, все «в цвет».
— Значит, не зря… — удовлетворенно вздохнул Обнорский, думая явно о чем-то своем.
Ильюхин остро глянул на него и наконец-то улыбнулся:
— Не то слово! Такое бывает раз в пятьдесят лет…
Полковник немного помялся, но потом все же добавил, инстинктивно чуть понизив голос:
— И еще. Квартиру-то мы эту установили… Ту, откуда эти гаврюши с сумками выходили.
— Да?
— Да. Они и сейчас там живут.
Вот теперь Обнорский по-настоящему удивился. Он закурил и испытующе глянул на полковника:
— Ну… и?..
В этот момент им подали кофе. Ильюхин дождался, пока официантка отойдет от столика, и спокойно ответил:
— Ну и живут пока дальше. Под нашим приглядом.
Обнорский невозмутимо промолчал, лишь потер чуть подрагивающими пальцами левый висок. Виталий Петрович усмехнулся:
— Ты так корректно молчишь, потому что Крылов — он давно бы уже уронил дверь в этой хате?
— Это точно! — по-суховски[97] крякнул Андрей."
"Полковник понял, о чем за секунду подумал журналист: жажда новости, притом новости достаточно эксклюзивной и сенсационной, быстрое задержание предполагаемых убийц, когда еще свежо в памяти само преступление… Но секунда длится недолго. Выражение глаз Обнорского изменилось, в них мелькнуло понимание того, что сложнейшую операцию не провести с наскока в полевых условиях. Иначе ведь можно хлопнуть киллеров, а потом, без достаточного количества доказательств, снова отпустить…
— Дошло? — снова усмехнулся Ильюхин. Журналист медленно кивнул:
— Я понимаю… Виталий Петрович осторожно отхлебнул горячий кофе:
— Ну а раз понимаешь, то давай без информационной суеты. Договоримся так: об этом пока знаю только я со своими и ты, но без своих. О развитии ситуации я тебе в режиме онлайна докладывать не буду, но о подвижках проинформирую. А они будут. Должны быть. Тебе же не столько их установочные данные нужны, сколько общая драматургия?
Обнорский покачал головой:
— Драматургия — само собой, но и точные данные не помешают. Хорошая журналистика, вообще-то, должна быть максимально конкретной.
— Понимаю. Будет, Андрей, все будет. Но не сразу. В этой истории, сдается мне, не очень просто все пойдет.
