Автор
В череде обыденной жизни я внезапно сталкиваюсь с необъяснимыми событиями. Каждое утро начинается как обычно, но приходишь домой и понимаешь, что мир вокруг тихо меняется. В этот раз моя встреча с домом началась с грохота больших рюкзаков и оглушительного крика: "Эй, есть кто живой?". И вот в коридоре возникает Светлана, привычный шепелявый голос которой всегда вызывает у меня смех. Но отныне это обыденное знакомство стало началом неотразимого приключений....
Просто после того, как Валентин оказался под следствием, фобия усилилась и переросла в настоящую шизофрению. Но жила Серафима тихо вдвоем с девочкой, не понимавшей, что бабка больна. Более того, Серафима воспитала у ребенка страх перед незнакомыми людьми и стойкое желание стать богатой. Бабушка постоянно твердила:
– Эх, нам бы деньги, жизнь другая пойдет…
Умерла старуха, так и не раскрыв Насте тайны о судьбе Валентина и Майи. После ее кончины Настенька, разбирая вещи, нашла телефонную книжечку, абсолютно новую, с почти чистыми страницами.
"Сначала Настя позвонила деду. Лев Константинович пригласил к себе внучатую племянницу и, думая, что той известно о судьбе родителей, без всяких экивоков спросил:
– Как отец-то пережил смерть Симы?
Возникла тягостная пауза, Лев Константинович слишком поздно понял, что Настя абсолютно не в курсе дела, пришлось ему разъяснять ей ситуацию.
Кстати говоря, его потом долго мучила совесть. Если Серафима не захотела открыть девочке правду, может, и ему не стоило? Желая загладить вину, он, используя свое положение в Министерстве образования, пристроил Настю учиться на суперпрестижный факультет журналистики МГУ и даже помог ее подруге Лесе Галиной, когда у той возникли трения с учебной частью.
Настя позвонила матери по странной случайности в тот день, когда от Майи ушел Егор.
– Сговорились вы, что ли, с братом!
Настя чуть не лишилась чувств – у нее еще и брат есть!
Она попросила у матери адрес Егора, но та только пожала плечами. Девушка ушла, не добившись ничего, но с тех пор примерно раз в полгода приезжала к родителям с небольшими подарками и каждый раз спрашивала:
– Егор не объявлялся?
Летело время.
