Автор
В Институте Склифосовского девушка со сломанной ногой оказывается в центре загадочных смертей. Её соседки по палате умирают при странных обстоятельствах, и главная героиня вынуждена распутывать опасную тайну, чтобы спасти себя и других пациентов от неизвестной угрозы.
Раздел Chitat.online для книги «Сволочь ненаглядная» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
– Я ей и впрямь сказала: будете в Москве, заходите.
– И адрес дала!
Катя молча кивнула.
В ходе ужина выяснилось, что семейство прибыло «не надолго».
– Недели на три, не больше, – пояснила Люся, – хотим девочкам столицу показать, кой-чего купить, ну и в театры походить, в музеи, на выставки.
– Хорошо москвичам, – вступил в разговор Иван, – столько культурных заведений, а у нас…
И он стал быстро поедать солянку. Я встала из-за стола, так и не прикоснувшись к угощению.
Культурные заведения! Да бедные столичные жители туда и не ходят, хорошо, если после тяжелого рабочего дня остаются силы на телевизор.
– Что на ужин? – закричал из коридора Сережка. – Надеюсь, котлеты?
Влетев в кухню и увидев солянку, он скорчил недовольную мину и пробормотал:
– Ну, Лампец, сколько раз…
– Знакомься, Сереженька, – быстро перебила его я. – Это наши гости из Кемерово, кстати, ужин готовила Люся.
– Очень рад, – сбавил тон парень и попросил: – Мне бы чаю, есть не хочется.
Ни Катя, ни Кирюша, ни Юля тоже не прикоснулись к сосискам, засунутым в капусту. Впрочем, приехавшее семейство съело почти все. Остатки Люся выложила на блюдечко и дала болонке.
– Она обожает солянку.
Потом все разбрелись по комнатам, а в «пищеблоке» остались только я и Муму, меланхолично жующая ужин.
– Помочь? – предложила Катя, отчаянно зевая.
– Ладно, справлюсь.
Гора тарелок постепенно перекочевала из мойки в сушку. Нет, ну до чего противная еда, даже мыть посуду неприятно. Тут до уха долетели странные, булькающие звуки. Я обернулась. Несчастная болонка стояла у холодильника, наклонив кудлатую голову.
– Эй, дорогуша, что с тобой?
Муму напряглась и выдала назад только что сожранный ужин. Маленькое тельце собачки дрожало, пушистый хвостик безвольно повис, ушки прижались, а шерстка взъерошилась.
– Ну, бедолага, – вздохнула я, убирая малоаппетитную кучку, – тоже терпеть не можешь солянку, очень хорошо тебя понимаю. На мой взгляд, подобное блюдо и пробовать не стоило.
Муму подняла хвостик и робко замахала им. Я погладила собачку. Она, в конце концов, ни в чем не виновата.
* * *Едва часы показали десять, как я начала трезвонить в квартиру на Новокисловском. Но дверь опять никто не открывал. Небось хозяйка спит. Подергав за ручку и стукнув для порядка пару раз ногой в филенку, я достала сигареты и уселась на подоконник. Надо было прийти пораньше, с чего это я решила, будто Регина станет дрыхнуть полдня. Девчонка небось давным-давно в клубе Горбунова, и мне опять придется ехать туда.
