В метро никто тебя не дергает, толпа галдящих людей плавно обтекает скамейку, пассажиры не обращают друг на друга никакого внимания, самое место для того, чтобы спокойно раскинуть мозгами. Впрочем, больше всего я люблю «Киевскую». Там кафе расположено в укромном углу, приезжие даже не догадываются о существовании за колоннами «Метро-экспресс», и можно жевать блинчик практически в одиночестве.
Сегодня я полностью выполнила программу развлечений. Сначала купила новенькую Серову в бумажной обертке, потом, поколебавшись минуту, сунула в другой карман Полякову и отправилась к блинчикам. Кофе капуччино и острый буритто исчезли в мгновение ока, в голове просветлело, и даже появились связные мысли. Облизнувшись, я взяла еще американский хот-дог.
Егора найти трудно, а что я вообще знаю о парне? Да практически ничего, кроме того, что он брат Насти и якобы жил в Новокисловском. И кто еще может знать о нем? Только родственники Насти, муж, свекровь… Кстати, наверное, у нее должен быть кто-нибудь из родных, ну дядя, тетя, двоюродная бабушка… Решено, поеду к мужу Насти, этому певцу Лео Ско, в миру Олегу Скотинину, и попробую потрясти его. Впрочем, Настя боялась супруга и его маменьки, утверждая, будто те готовы сжить ее со свету…"
"Выпив еще один капуччино, я выстроила четкий план. Сейчас позвоню Скотинину и представлюсь журналисткой, причем не отечественной, а иностранной. Наша эстрадная тусовка падка на все импортное, и писаке из какого-нибудь «Ньюс поп магазин» никто не откажет во встрече. С другой стороны, никого и не удивит, что корреспондентка начнет задавать вопросы, даже слишком интимные, в конце концов, это ее работа.
Полная энтузиазма, я ринулась искать работающий телефон-автомат.
Глава 13
Скотинин оказался дома. Услыхав, что его беспокоит Луиза Феррари, он моментально закукарекал:
– Жду с нетерпением, дорогушенька, пишите адрес.
Получив нужные координаты, я призадумалась. Конечно, и господин Скотинин, и евонная маменька видели меня в Склифе у постели Юли. И хотя, скорей всего, они не слишком обращали внимание на чужих родственников, мне следовало принять меры безопасности. Обычно я не крашусь, ну чуть-чуть помады светло-коричневого тона. Сегодня же я использовала весь арсенал косметики, нарумянила щеки, нагуталинила глаза, нарисовала пухлые, ярко-алые губы.
Огромный дом из желтых кирпичей окружал монолитный железный забор, не хватало только колючей проволоки сверху и вышек с часовыми. Впрочем, часовой, вернее секьюрити, сидел в небольшом домике при входе.
– Вы к кому? – поинтересовался мужик.
– К Скотининым.
– Извините, – вежливо, но твердо сказал охранник, – не хочу вас обидеть, просто выполняю постановление правления кооператива.